— О, доктор, послушайте: в моем-то возрасте, с моим положением неужели вам кажется, что эта игра не стоит свеч? К слову, это не только мои деньги. Я представляю консорциум спонсоров — никто из них не оказался настолько же предприимчив, чтобы отправиться со мной в это путешествие, но все планируют сделать это через год или два. Они прибудут со своими специалистами, докторами… — Он улыбнулся. — Теперь у вас складывается общая картина, капитан? Среди моих спонсоров американцы, европейцы, китайцы, политики, промышленники, инвесторы… Некоторые из них, прямо говоря, близки к темной стороне закона. Старые деньги и новые — поскольку кое-кто из них оседлал удачу на извержении Йеллоустоуна, ведь любое бедствие — это для кого-то возможность заработать. Некоторые люди, как вам, наверное, известно, сколотили состояние даже на падении Римской империи. Долгая Земля ещё очень молода, а мы, бесспорно, очень богаты: со временем мы найдем способы распространить наше влияние даже со столь отдаленного мира. А сейчас прошу меня извинить — пойдем, Филипп, нам нужно найти место для начального обустройства и установить все прежде, чем уйдут корабли…
Мэгги смотрела ему вслед.
— Общество сказочных богачей, Мак. Богатых и нестареющих, если все пойдет так, как он мечтает.
— Ну, может, и так. Кислород и низкая гравитация — по-моему, это попахивает шарлатанством. Но они привезут с собой целые команды исследователей, которым не останется ничего другого, кроме как найти то, что действительно сработает.
— Если так, то это действительно будет Шангри-Ла. Только без монахов.
— Или сообщество струльдбругов, — скептически хмыкнул Мак. — Как в «Путешествиях Гулливера» — неумирающие, но стареющие и становящиеся все более несчастными. Шайка, которую даже смерть не сможет заставить прекратить цепляться за власть и богатство. Подумай обо всех тех исторических чудовищах, которых тебе вряд ли захочется увидеть сейчас рядом: от Александра Македонского до Чингисхана и Наполеона…
— А может, все сложится иначе. Может, они подарят нам новые возможности.
— Черт его знает, если ты хочешь услышать моё мнение. Так ты позволишь ему это сделать, капитан?
— Не думаю, что я в состоянии его остановить. Он не часть команды.
— Понимаю. Что ж, я рад, что не проживу достаточно долго, чтобы увидеть, какие плоды даст посаженное тобой сегодня семя.
— Ты старый циник. Ладно, давай возвращаться на корабль. Пора отправляться домой.
Команда «Галилея» оставила позади мир песчаных китобоев и монолитов со вздохом облегчения, насколько мог судить Фрэнк Вуд.
И только когда они оказались в безопасности в воздухе, пролетая над клонами мертвого Марса, по одному в секунду, тогда Фрэнк начал расслабляться и сидящий в нем военный неохотно стал менее пристально следить за происходящим. Он не понимал, как им удалось без ущерба для себя и своего оборудования убежать от свирепых, плюющихся огнем драконов и вооруженных гарпунами песчаных китобоев — не говоря уже о каком-то чудовищном, доселе невиданном марсианском тираннозавре. И он не забыл того ракообразного «принца», как Фрэнк привык про себя его (или её) называть, которого его руководитель экспедиции опозорил с помощью одного из своих Переходников. Какие последствия это повлечет в будущем? Впрочем, он считал, что эту проблему можно оставить на потом, не зацикливаясь на ней здесь и сейчас.
В последовавшие затем дни, пока Уиллис изучал изображения, добытые для него китобоями из глубин монолитов, а Салли снова включила привычный для неё режим настороженного молчания, Фрэнк много спал, медленно восстанавливая свои нервы. Как-никак он был уже не так молод, как когда-то.
Он лишь вскользь обращал внимание на новые Джокеры, через которые проходила экспедиция, ненадолго задерживаясь для их изучения.
Затопленный Марс, где все северное полушарие, похоже, было затоплено океаном. По земле здесь бродили звери, не слишком отличающиеся от песчаных китов, в то время как что-то похожее на города дрейфовало по морям на огромных плотах. Похожие на ракообразных «рыбаки» выходили на берег в наземных яхтах, чтобы поохотиться на китов, в то время как обитатели земли собирали плоды моря…
Засушливый Марс, чья копия Мангала-Валлис, однако, была покрыта лесами из крепких низких деревьев с игольчатыми листьями. Уиллису пришлось побороть искушение остаться здесь после того, как ему показалось, что он увидел, будто два леса столкнулись друг с другом в вялотекущем конфликте и вели войну со скоростью, с которой вырастает цветок. По его словам, это было похоже на то, как если бы «Бирнамский лес пошел на Дунсинан!».[189] Но они не могли позволить себе задержаться дольше, чтобы следить за этим медленным столкновением…
