Так, у Симплисити проблем быть не должно, думал про себя Финт; он тщательно разметил дорогу, где-то подложил кирпич посветлее прочих, где-то замаскировал повороты, ведущие в неверном направлении, отбросами и мусором. Он чувствовал на себе неотрывный взгляд девушки; не время терять голову. Ещё несколько минут, и довольно, прикинул он. Вот скроется солнце — тогда и только тогда ты почувствуешь себя настоящим тошером.
— Финт, вот там, кажется, многообещающее местечко, — внезапно заявил Чарли. — При желании даже что-то вроде входа разглядеть можно.
Финт со всех ног кинулся к нему:
— Нет, туда вниз не ходите, сэр. Там очень опасно: пол размыло. Очень, очень неприятный участок, сэр, и сплошь завалы; в туннелях много таких мест — их толком и не чистят никогда. А теперь, поскольку почти совсем стемнело, думаю, мы все можем согласиться, что мистер Дизраэли, хоть он и джентльмен, сегодня стал ещё и тошером! Урра!
Симплисити, то есть мастер Роджер, весело рассмеялась, вслед за нею — Базалджет, Чарли зааплодировал, и едва отгремели аплодисменты, послышался новый звук — характерный металлический скрежет: где-то впереди них ломиком приподняли решетку сливного люка.
— Финт, что это? — осведомился Чарли.
— Да что угодно может быть, сэр, — пожал плечами Финт. — Фокусы клоаки, если угодно. Солнце село; как говорится, что-то расширяется, что-то сжимается; туннели полнятся звуками. День выдался жаркий; иногда кажется, будто тут, внизу, рядом есть ещё кто-то. Если мы прямо сейчас повернем назад, то неспешно прогуляемся себе до нашего выхода. По правде сказать, мы не так уж далеко и зашли.
— Если не возражаете, я хотел бы побродить здесь подольше, — возразил мистер Базалджет, размахивая фонарем.
В конце концов Финт утешил инженера обещанием сводить его на прогулку по туннелям ещё более дальним на следующий же день, возможно, даже в компании мистера Генри Мэйхью, который не смог присоединиться к сегодняшней экспедиции.
Финт снова свистнул по-тошерски. Отзыва не последовало, и юношу это встревожило: любой тошер откликнулся бы свистом… Да ведь даже у крысоловов хватает мозгов покричать в ответ на тошерский свист — во избежание обоюдной неловкости. «Что ж, — думал Финт, — хороший был план, очень хороший — но как же к нему приступить, если здесь, под землей, шастает кто-то ещё?» Юноша внутренне застонал. Ну да ладно, может, завтра придумается что-нибудь новенькое.
А ведь после того скрежета никаких больше звуков ухо не улавливает; слышно только нас, отметил Финт; а это значит, кто-то затаился. Так что прямо сейчас главное — убрать отсюда Симплисити. Очень может быть, что это — совсем юный тошер, зеленый новичок, даже азов ещё не освоил. Или что-нибудь другое… в любом случае рисковать не стоит. С Симплисити ничего не должно случиться.
Стараясь, чтобы голос его звучал нарочито бодро, Финт повел свою маленькую паству к выходу тем же путем, каким они пришли, — и проклинал про себя каждый шаг. Пробираться в темноте оказалось, вопреки ожиданиям, не так уж и просто даже с фонарями — свет их темноту почти не рассеивал.
— Джентльмены, если не возражаете, мне тут кой-куда ещё нужно заглянуть, — промолвил Финт, когда впереди наконец-то замаячил выход. — Когда окажетесь наверху, позаботьтесь, пожалуйста, о… Роджере, пока карета не приедет. Иногда внизу, в туннелях, попадаются темные личности, скажем так, потемнее, чем обычная здешняя темнота. Я осмотрюсь по-быстрому — и сразу назад. Наверняка ничего страшного, но поскольку с нами ещё и мистер Дизраэли, я так думаю, осторожность не помешает.
Симплисити не спускала с него глаз, мистер Базалджет заметно встревожился, и только Чарли шагал себе, внимательно глядя под ноги, в направлении люка. Мистер Дизраэли неожиданно взял Симплисити за руку.
— Пойдемте… мисс… то есть молодой человек. Правду сказать, глоток свежего воздуха мне бы не помешал.
Пока его спутники выбирались наружу, Финт на всякий случай заверил их ещё раз:
— Наверняка ерунда, ничего страшного; но я лучше сбегаю проверю.
С этими словами Финт спрыгнул обратно в туннель — теперь он был сам себе хозяин и полностью независим от других людей. Кто-то забрался в его клоаку; будь это рабочие бригады, так они бы давно уже крик подняли: «А ну вон пошли, тошерята!» — и все такое: не самое жизнерадостное приветствие, но, по крайней мере, по-людски. Да, там кто-то есть, точняк. Вряд ли Аноним, правда? Это вышло бы прямо как по писаному. Но Госпоже ведомо, за Финтом охотится ещё много кто; а ведь все знают, где Финт обычно обретается. Ну что ж, по крайней мере, он в своей стихии, пусть и зловонной и вязкой.
