— Хотел бы я отправиться с вами, молодой человек, — бодро объявил бельгиец. — Полететь куда-нибудь на этой штуке… нам-то, конечно, не нужно знать куда. Если будет время, оцените, как она устроена. Никакого железа, разумеется, алюминиевый корпус… вот так. Мы все ею гордимся. Приятного путешествия, наслаждайтесь!
Он зашел в лифт, и кабина исчезла из виду. Крышка люка скользнула на место, закрыв отверстие в полированном полу.
Зазвучал голос Лобсанга:
— Ещё раз приветствую вас на борту, Джошуа. Ужасная погода, да? Ничего страшного, скоро мы поднимемся над облаками, а точнее сказать, просто улетим от дождя.
Джошуа ощутил рывок, и пол качнулся.
— Нас отцепили от взлетной площадки. Мы уже летим?
— Ну, вас бы не привели сюда, если бы корабль не был готов к отлету. Внизу как раз уничтожают лагерь, после чего сюда упадет уменьшенная версия Тунгусского метеорита.
— Я так понимаю, в целях безопасности.
— Конечно. Что касается рабочих, это пестрая компания — русские, американцы, европейцы, китайцы. И среди них нет людей, склонных общаться с представителями властей. Умные ребята, которые работали уже на многих объектах. Очень полезные и похвально забывчивые.
— Чей это был самолет?
— А, вам понравилось? «Лир» принадлежит акционерной компании, которая время от времени сдает его одной рок-звезде. Сегодня звезда страдает, что самолет на техосмотре и потому недоступен. Но скоро она утешится, узнав, что её последний альбом поднялся в хит-параде на две строчки. Возможности Лобсанга велики. Итак, мы отправляемся…
Внутренняя дверь бесшумно открылась, и Джошуа увидел коридор с деревянными панелями и неяркими лампами, ведущий к синей двери в дальнем конце.
— Добро пожаловать на «Марк Твен». Чувствуйте себя как дома. В этом коридоре вы найдете шесть совершенно одинаковых кают; выбирайте любую. Верхнюю одежду можно снять. Также обратите внимание на синюю дверь. Она, в числе прочего, ведет в лабораторию и мастерскую. Такую дверь вы найдете на каждой палубе, и я попросил бы не заходить за неё без приглашения. Есть вопросы?
Джошуа переоделся в каюте, которую выбрал наугад, и пошел изучать «Марка Твена».
Огромная оболочка, колыхаясь от напора воздуха, была, судя по всему, снаружи покрыта фотогальванической пленкой, служившей источником энергии; увидел он и силовые установки — огромные, хрупкие на вид пропеллеры, которые могли поворачиваться и наклоняться. Гондола изнутри оказалась такой же шикарной, как и снаружи. Несколько палуб с каютами, рулевая рубка, наблюдательный пункт, салон с кухней, оборудованной не хуже, чем в первоклассном ресторане, просторный зал, способный вместить пятьдесят обедающих, а ещё — совсем уж невероятно — кинотеатр. И на каждой палубе — синяя дверь, закрытая и запертая.
Закончив осмотр, Джошуа начал понимать, в чем суть перехода на воздушном корабле — если только эта штука могла переходить, а он пока что не понимал, каким образом. Большой проблемой для путников были препятствия. Джошуа убедился во время самого первого путешествия на Долгую Землю, что некоторые препятствия просто невозможно обойти — например, достигающий нескольких миль в высоту ледник, который покрывал Северную Америку в ледниковый период. Воздушный корабль был призван решить проблему — он попросту пролетал над такими преградами, как ледники и разлившиеся реки, делая путешествие гораздо более гладким.
Джошуа спросил у воздуха:
— Зачем он такой большой, Лобсанг?
— А почему бы нет? К чему прятаться? Я хочу, чтобы моё экспедиционное судно походило на китайские корабли-сокровищницы, которые вселили благоговейный ужас в души индейцев и арабов в пятнадцатом столетии.
— Да уж, ужас вы вселяете. И здесь нет никакого железа, я так понимаю?
— Боюсь, что так. Непроницаемость межмирового барьера для железа по-прежнему озадачивает даже ученых из корпорации Блэка. Много теорий, но мало практических результатов.
— Знаете, когда вы заговорили о путешествии, я решил, что мне придется вас нести.
— Нет-нет. Я встроен в системы корабля. Некоторым образом весь корабль — моё тело. Это я буду вас нести, Джошуа.
— Но переходить могут только разумные существа…
— Да. Я, как и вы, разумен.
И тогда Джошуа понял. Корабль и был Лобсангом или, по крайней мере, его телом; когда Лобсанг переходил, корабль переходил вместе с ним, точно так же как Джошуа «забирал» с собой тело и одежду. Вот каким образом они намеревались перемещаться между мирами.
Лобсанг источал самодовольство и похвальбу.
— Разумеется, ничего бы не получилось, не будь я разумным существом. Вот вам ещё одно доказательство, что у меня есть сознание, не правда ли? Технику я уже опробовал — как вы знаете, я отправился по следам вашей злополучной экспедиции. Просто невероятно, да?
Джошуа добрался до самого низа гондолы и вошел на наблюдательный пункт, который уже видел раньше, — в пузырь из закаленного стекла, откуда открывался потрясающий вид на иную Сибирь. Внизу простиралась строительная площадка, которая вторгалась щупальцами в лес — там были склады, домики для рабочих, взлетная полоса…
