— В прежние времена было хорошо. Я любила тусить с папой в сарае, который стоял в параллельном мире, — правда, приходилось брать папу за руку, чтобы отвести в параллельный Вайоминг. Но папа редко бывал дома, потому что вечно мотался по всему миру — он то и дело был нужен людям Блэка то в Массачусетском институте, то в какой-нибудь исследовательской лаборатории в Скандинавии, то в Южной Африке. Иногда поздно вечером прилетал вертолет, и папа забирался в кабину, а через час возвращался, и вертолет улетал. Когда я спрашивала, чем он занят, папа всегда отвечал: «Просто работаю». Я не возражала, потому что папа-то, конечно, не мог ошибаться. Он все на свете знал. А я понятия не имела, что он делает. Но ничуть не удивилась, когда он изобрел Переходник. Папа представлял собой удивительную смесь гениального теоретика и инженера-практика; думаю, он ближе, чем кто бы то ни было, подошел к постижению тайны Долгой Земли… но Долгая Земля ничем не помогла ему, когда умерла мама. Эту проблему не решишь технически. И тогда жизнь стала странная… — Салли запнулась. — То есть страннее, чем раньше. Папа продолжал работать. Но у меня возникло ощущение, что ему все равно, над чем и для чего он работает. Он всегда был этичен. Хиппи из рода хиппи. И вдруг папе стало все равно. Раньше он жил двойной жизнью. Прятал штуки вроде Переходника подальше. Папе нравилось играть в конспирацию. Он сказал, что научился этому в хипповской молодости, когда держал в погребе плантацию марихуаны. Однажды он мне показал тайник. Там была потайная дверь, которая открывалась только в том случае, если нажать на один определенный гвоздь, а один определенный горшок повернуть на девяносто градусов. Тогда доска отходила в сторону, и открывалось большое пустое пространство, — никто бы в жизни не догадался — и там до сих пор пахло травкой… Вот моя история. Я переходила с самого детства; День перехода для моей семьи как выбоина на гладкой дороге. А как вы открыли для себя Долгую Землю, Джошуа? Я слышала, вы выросли в приюте у монахинь. Так гласит легенда.
— Мне не нужна легенда.
— Но — монахини? Они вас били? Или что-нибудь ещё?
Джошуа прищурился.
— Меня никто не обижал. Ну, кроме сестры Мэри Джозеф, она явно адресом ошиблась, но сестра Агнес её за час выпроводила. Знаете, Приют — очень странное место, обращенное в прошлое. Но правильное. Странное по-хорошему. Монахини давали нам много свободы. Мы читали Карла Сагана, прежде чем взяться за Ветхий Завет.
— Свобода. Да, могу понять. Вот почему мой отец ушел от Дугласа Блэка. В один прекрасный день Дуглас разузнал про Переходник и буквально вынудил папу его отдать. Тем более когда мамы не стало… по-моему, папа просто возненавидел людей. Но поступок Блэка стал последней каплей. Однажды папа просто исчез. Он поступил работать в Принстон по фальшивым документам. Но там всё-таки он оставался на виду, поэтому, когда папа узнал, что Блэк его разыскивает, он перебрался в Мэдисон и устроился преподавателем в колледж под другим вымышленным именем. Он забрал с собой схему Переходника, которую разрабатывал. Я отправилась за ним и поступила в тот же колледж. Мы почти не виделись. Наверное, я решила присмотреть за папой. Кстати, Уиллис Линдси — ненастоящее имя.
— Я так и подозревал.
— И тогда, заподозрив, что корпорация Блэка снова села ему на хвост, папа решил поделиться открытием со всем миром, чтобы никто не мог присвоить или запретить Переходник, предъявить на него права или обложить налогом. Папе не нравилась крупная индустрия, не нравилось правительство. Наверное, он надеялся, что мир станет лучше, если дать людям возможность обрести свободу. Насколько я знаю, он ещё жив и где-то в последовательных мирах.
— Поэтому вы здесь? Вы его ищете?
— В том числе.
В воздухе что-то изменилось. Маленькие динозавры встали и потянулись, устремив взгляды на небо. Джошуа посмотрел на Салли. Она как ни в чем не бывало осторожно извлекала последнюю устрицу палочкой со сковороды.
Он спросил:
— Как вы думаете, он правильно поступил? Насчет Переходника.
— Ну… наверное. По крайней мере, люди получили новый вариант. Хотя папа и предупредил, что на Долгой Земле им придется научиться
— Ваш отец правда так сказал?
Салли пожала плечами.
— Я же говорила, у папы за плечами — несколько поколений хиппи. Он всегда выражался откровенно.
И в этот момент над пляжем, вспугнув миниатюрных динозавров, загремел голос Лобсанга:
— Джошуа! На корабль! Немедленно! Опасность!
В воздухе повеяло чем-то странным, как будто горящим пластиком. Джошуа взглянул на горизонт на севере — там висело серое облако. Оно приближалось.
