В любой другой день поселение, растущее в этом стоящем «одной ногой» на Западе Бозмене, было бы типичной последовательной колонией, подумал Джошуа, снова натягивая защитный комбинезон. Россыпь бревенчатых хижин Эйба Линкольна[152] врезалась в лес, древесина которого безостановочно переправлялась на Базовую Землю. Загон для скота, маленькая часовня. Пожалуй, этой копии Бозмена не хватало удобств, которые можно найти дальше по Долгой Земле — таких, как гостиницы, бары, городская ратуша, школа, поликлиника. Находясь в такой близости от Базовой Земли, было слишком просто вернуться домой ради всего этого.
Но этот день, 15 сентября 2040 года, не был обычным ни в одной из последовательных Америк. Потому что спустя семь дней после первого взрыва большой кальдеры извержение Йеллоустоуна на Базовой Земле все ещё продолжалось. А Бозмен, Монтана, находился всего милях в пятидесяти от затянувшегося взрыва.
И, оказавшись в шаге от катастрофы, Бозмен, Запад-1, изменился.
Хотя день был ясным, небо — синим, трава — ярко-зеленой и нигде ни намека на извержение вулкана, город заполнился людьми, которые набились в хижины, разместились в наскоро возведенных палатках или просто сидели на расстеленном по земле брезенте. Все были покрыты таким слоем вулканического пепла, что приняли равномерно серый цвет — кожа, волосы, одежда, — как будто персонажи из какого-то древнего черно-белого ТВ-шоу «Я люблю Люси»,[153] вмонтированные цифровым способом в залитую солнцем зелень этого прекрасного осеннего дня. Мужчины, женщины и дети кашляли и мучились от тошноты, будто привыкли курить, как в 1950-х.
Территорию вокруг городка тем временем занимали представители ФАЧС[154] и Национальной гвардии, которые разметили землю лазерными лучами, полицейскими лентами и даже просто мелом, чтобы подогнать её под план кварталов и домов Базового Бозмена. Некоторые линии уходили в лес и чащи кустарников, ранее остававшиеся нетронутыми. Чиновники пронумеровали и пометили эти кварталы, а переходящие волонтеры, перенеся компьютерные карты на свои планшеты, раз за разом возвращались на Базовую Землю, чтобы убедиться, что в поселении никого не забыли.
Все это в некотором смысле было отражением главной загадки Долгой Земли, подумал Джошуа. Уже прошло четверть века со Дня перехода, когда он и другие дети по всему миру скачали схему простого электронного прибора под названием «Переходник», повернули ручку согласно инструкции — и
И вот она — жестокая реальность. Базовую Америку сейчас покрывало обжигающее одеяло из вулканического пепла и пыли — тогда как здесь, всего в одном шаге в сторону, казалось, что никакого Йеллоустоуна вообще не существовало.
Салли Линдси появилась, допивая кофе из полистироловой чашки, которую аккуратно поместила в контейнер для очистки и повторного использования. Старая пионерская привычка, отвлеченно подумал Джошуа. Она была в чистом цельном комбинезоне, но пепел осел у неё на волосах, шее, лице и даже на ушах — везде, на всех местах, что не скрывались под маской ФАЧС или её ремешками.
Её сопровождал солдат Национальной гвардии, совсем ещё мальчик, с планшетным компьютером в руках. Он проверил их личности, номера на груди костюмов и городской квартал, куда они собирались на этот раз.
— Опять собираетесь перейти?
Салли принялась снова закреплять на лице маску, дыхательный фильтр, очки в стиле стимпанк.
— Мы этим уже семь дней занимаемся.
Джошуа тоже потянулся за маской.
— И сдается мне, нескоро это закончится.
— А где сейчас Хелен?
— Думаю, Черт-Знает-Где.
Парнишка из Национальной гвардии приподнял брови, но Джошуа всего-навсего говорил о своем доме в Верхних Меггерах, поселении более чем в миллионе шагов от Базовой Земли, где он жил со своей семьей — Хелен и его сыном Дэном.
— Ну или на пути туда. Она сказала, так безопаснее для Дэна.
— И то верно. На Базовой и Ближних Землях бардак теперь затянется на много лет.
Он знал, что она права. На Ближних Землях происходили незначительные геологические изменения, отражающие большое извержение на Базовой, но «бардак» в молодых мирах стал результатом мощного нашествия беженцев с неё.
Салли посмотрела на Джошуа:
— Держу пари, Хелен не обрадовалась, когда ты отказался к ней возвращаться.
— Да, нам тогда нелегко пришлось. Но я вырос в Базовой Америке и не могу так просто её бросить.
