Эдеард выбил дверь спальни и ринулся внутрь, когда за его спиной уже заплясал огонь. С подушки поднялась сонная голова Буата. Девушки, увидев темную фигуру в развевающемся плаще на фоне яркого пламени, испуганно закричали и прижались друг к другу.
— Что за черт… — воскликнул Буат.
Его про-взгляд пробежался по дому и повсюду обнаружил огонь.
— Это здание словно привлекает к себе несчастья, — спокойно произнес Эдеард.
На барной стойке взорвался последний бочонок. Сквозь выбитые двери хлынул свежий воздух, и пламя в гостиной заревело еще громче.
— Я бы на твоем месте больше сюда не возвращался. Никогда, — сказал Эдеард. — По правде говоря, в городе для тебя повсюду будет небезопасно.
Огонь по следам Эдеарда добрался до спальни, язычки от его ног разбежались по ковру. Полы плаща снова взметнулись в воздух. Девушки в ужасе захныкали и отпрянули к изголовью кровати. Вокруг появились струйки дыма.
— Считай, что ты уже мертв, Идущий-по-Воде, — закричал Буат.
— Варпал попробовал, но у него ничего не вышло. И ты хочешь попытаться?
Услышав это имя, Буат на мгновение замер, чем вызвал у Эдеарда довольную усмешку.
— А теперь проваливай из моего города и забирай с собой своих дружков. А если будешь призывать к беспорядкам, отправишься вслед за братом, как я и говорил в прошлый раз. Это последнее предупреждение. — Он учтиво кивнул девушкам. — Леди.
Они пронзительно завизжали, когда третья рука подняла обеих с кровати. Потом из окон вылетели стекла, девушки плавно проплыли в проем и мягко опустились на тротуар, где метались встревоженные пожаром ген-мартышки.
Буат проводил их ошеломленным взглядом.
— А как же я? — крикнул он.
Но, когда он повернул голову, Эдеарда в комнате уже не было, а языки пламени жадно пожирали основание кровати.
Эдеард выбрал полночь и центр Золотого Парка. Огромная площадь была пуста, и лишь мерцание туманностей играло бликами на верхушках окружавших ее металлических шпилей. От двух темных фигур, появившихся из-под земли, по мощеной мостовой протянулись едва заметные тени.
— Можешь идти, — сказал Эдеард, сопровождая свои слова широким жестом.
— Куда же я пойду? Я ведь объявлен в розыск. Как ты думаешь, долго ли я останусь на свободе?
— В провинции тебя никто не узнает.
— Ты думаешь, я последую за Наниттой? — Аргиан горько усмехнулся. — Ты более жестокий, чем я думал, Идущий-по-Воде.
— Ты себе представить не можешь, насколько я расстроен.
— Извини, но я не стану выражать тебе сочувствие.
— Мне нужна твоя помощь.
— Я рассказал тебе все, что мог. Больше сказать нечего.
— Я прошу тебя делать только то, чему тебя учили. Я прошу сохранить верность городу.
— Со мной покончено. И благодарить за это я должен тебя.
— Продолжай вести наблюдение для меня, рассказывай о том, что делают другие.
— Это не верность, это предательство.
— Не по отношению к городу. Ты ведь благородный человек. Ты понимаешь, что необходимо избавиться от банд и укротить бесчинства благородных семейств. Так дальше продолжаться не может, это погубит всех нас. Помоги мне. Стань хотя бы голосом рассудка. Если ты сочтешь, что я поступаю жестоко, подойди и употреби все свое влияние на меня.
— Мое влияние на тебя?
— Тебе понятен общий порядок вещей. Я бы выслушал твой совет, если бы он был дан с добрыми намерениями. Подскажи, как восстановить справедливость, не повредив и не уничтожив лучших достижений людей. Укажи верный путь. Не допусти, чтобы я по незнанию превратил город в два враждующих лагеря.
— Похоже, ты неверно понял свое призвание.
— Это согласие?
Аргиан тяжело вздохнул, словно от мучительной боли.
— После всего, что ты со мной сделал, ты ждешь моей помощи?
— Я оставил тебя в одиночестве. Вот и все. А если тебя терзали какие-то демоны, то я их не посылал.
— Мне нужно некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Если я замечу, что затевается что-то страшное, я, возможно, извещу тебя об этом.
— Спасибо.
В малый зал участка Дживон вбежал взволнованный и запыхавшийся Фелакс.
— Идущий-по-Воде, пришел мастер Гаше из гильдии юристов! Он разговаривает с капитаном. Говорит, что у него ордер на твой арест.
— В самом деле? — с интересом спросил Эдеард.
— Честно! — заверил его юный констебль. — Я не шучу.
— Я уверен, что не шутишь. — Его про-взгляд уловил, как расстроенный Бойд передает довольному Максену какие-то деньги. — Я сейчас приду.
Его друзья поднялись и направились к выходу.
— Продолжайте работать, — обратился Эдеард к сидящим за столами констеблям. — Мы уже почти набрали сотню имен. А с этой ерундой я к концу дня разберусь.
Вместе со своим отделением он вышел из зала.
— Готовы?
Максен, оглянувшись на закрывающуюся дверь, усмехнулся.
— О Заступница, конечно.
Эдеард поспешно снял свой роскошный мундир. Его сияющие ботинки уже были на ногах Максена, хотя и оказались тому немного тесноваты.
— Не забудь, — умоляюще воскликнул Динлей. — Только ничего не говори.
— Кто, я? — спросил Максен, застегивая блестящие пуговицы.
— Давайте посмотрим, — сказал Бойд.
