Максен кивнул. Его мысли на миг выдали тревогу, но он тут же сконцентрировался. Вокруг лица сгустилась тень, так что кожа приобрела нездоровый серый оттенок. Затем черты лица как будто расплылись.
Эдеард затаил дыхание, а Динлей от напряжения сморщился. Они все практиковались целый день, помогая друг другу советами и оттачивая технику, изменяющую полную маскировку. Как ни удивительно, но наиболее способным оказался Максен, хотя Эдеард предполагал, что старательный Динлей быстрее овладеет этим приемом.
Тени на лице Максена рассеялись. Кансин тихонько ахнула от восхищения. Эдеард недоверчиво тряхнул головой: он видел самого себя. Его собственное лицо ему злорадно усмехнулось.
— Как я выгляжу? Ну, как я выгляжу?
Динлей раздраженно шикнул на него.
— Молчи! Ты все портишь.
— Уходи! — поторопил Эдеарда Бойд. — Теперь мы справимся сами.
— Удачи, — пожелал им Эдеард.
Пол под ним изменил структуру, и он опустился в тоннель. Про-взгляд позволил ему увидеть, как Максен, Динлей и Кансин направляются в кабинет капитана Ронарка.
В кабинете их ждал и мастер Гаше в компании двух судебных приставов.
— Идущий-по-Воде, — заговорил мастер Гаше. — Я представляю здесь своего коллегу, мастера Черикса. Он приглашает вас во Дворец правосудия,
где намерен предъявить обвинение. Он бы и сам пришел, но его имя числится в ордере на выдворение.
— Что происходит? — возмутилась Кансин.
— Мастер Гаше предъявил гражданский ордер, — не скрывая своего отвращения, ответил капитан Ронарк. — Подлинник.
— Ничего не говори, — посоветовал Динлей Максену.
Максен, превосходно поддерживая фальшивый облик, только пожал плечами.
— Я бы хотел взглянуть на ордер, если вы не возражаете.
Динлей протянул руку.
— Вы? — изумился Гаше.
— Я подумываю о карьере в области юриспруденции, — заявил Динлей. — И пока капралу Эдеарду не назначен адвокат, я буду его советником.
Удивленный Гаше подал ему документ.
— Буат заявляет, что ты напал на него, — сказал Динлей, прочитав обвинение. — И еще совершил поджог «Дома голубых лепестков».
— И требует возмещения ущерба владельцам заведения, — с усмешкой добавил Гаше. — Остается только надеяться на помощь вашей нареченной, в противном случае придется удерживать сумму из вашего жалования на протяжении сотни лет.
— Мы попросим разобраться с этим делом мастера Соларина, — сказал Динлей. — Он оспорит ваш ордер в течение пяти минут.
— Может быть, — сказал мастер Гаше. — А пока… Офицеры, — он обернулся к судебным приставам, всем видом выражавшим крайнее смущение, — приступайте к своим обязанностям.
— Иди с ними, — сказал Динлей.
Судейские заняли места по обе стороны от Идущего-по-Воде и повели его к выходу из участка. Динлей, Кансин и мастер Гаше зашагали следом. Вдоль всего коридора выстроились констебли, провожавшие процессию гневными взглядами. Мастер Гаше изо всех сил старался их игнорировать, но груз ненависти явно давил ему на плечи.
От участка в Дживоне до Внешнего Окружного канала было довольно далеко. Весть об аресте Идущего-по-Воде по обвинению Буата быстро разнеслась по городу. Люди выбегали на улицы, чтобы посмотреть, как Эдеарда ведут во Дворец Правосудия. Арестованный улыбался, как и обычно, но ничего не говорил.
Эдеард сквозь пол поднялся в дом в районе Падуя и сбросил маскировку. В третьей руке он нес только один бочонок с маслом, поскольку домик был небольшим. Его появление вызвало изумленный возглас Эдсинга. Мирайз, его жена, на секунду замерев, бросилась к своим троим детям и обняла их.
Эдеард разбил бочонок. Масло брызнуло во все стороны и мгновенно впиталось в мягкую обивку мебели. Широкая струя разделилась на отдельные потоки, добравшиеся до спальни.
Эдеард не сводил сурового взгляда с Эдсинга, стараясь не обращать внимания на плач испуганных детей.
— Убирайся из этого места, — приказал он. — И прихвати всю свою команду, иначе я сожгу и их дома тоже. Уходи немедленно. Пожар начнется через пол минуты.
Эдсинг, оскалив зубы, ткнул пальцем в сторону Эдеарда.
— Ты…
— Двадцать секунд.
— Это же наша жизнь! — взмолилась Мирайз.
— Она закончилась, — ответил Эдеард. — Пятнадцать секунд.
Он указал взглядом на детей.
— Идем, идем, — закричала она и стала подталкивать детей к двери.
Эдсинг испустил яростный вопль, а потом выбежал вслед за семьей.
Эдеард стал погружаться, подняв руку над головой. Перед тем как окончательно скрыться под полом, его пальцы уронили единственную искорку.
— Господа судьи, здесь двойная ошибка, — заявил мастер Соларин, обращаясь к трем судьям, слушавшим его протест по поводу ареста. — Во-первых, позвольте обратить ваше внимание на то обстоятельство, что обвинение предъявлено субъекту, находящемуся на службе у городских властей. Идущий-по-Воде, как нам известно, более других преуспел в очищении города от преступных элементов. И его кампания привела к острому личному конфликту с Буатом, хорошо известным моим ученым коллегам.
— Возражаю! — выкрикнул мастер Черикс.
Мастер Соларин торжествующе усмехнулся.
