1 . Ст. 290 ч. 2 УК (гл. 30 – Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления) к квалифицирующему обстоятельству получения взятки относит ее получение за незаконные действия.
О незаконных действиях говорит и диспозиция ст. 204 УК, устанавливающая в гл. 23 УК (Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организаций) ответственность за коммерческий подкуп.
На это же основание для уголовной ответственности указывают диспозиции и других уголовно-правовых норм, криминализирующие такие деяния, как незаконные: производство аборта (ст. 123 УК), лишение свободы (ст. 127 УК), усыновление (ст. 154 УК), действия в отношения имущества, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего конфискации (ст. 312 УК) и пересечение Государственной границы Российской Федерации (ст. 322 УК).
И с учетом точного смысла этого прилагательного на практике возникает следующая проблема.
В языке и общей теории права сущность понятия Закона ясна и не равнозначна иным нормативным правовым актам. «Закон – нормативный акт, постановление высшего органа государственной власти, принятый в установленном порядке и имеющий юридическую силу» [355] . В соответствии с Конституцией РФ (ст. 76), есть федеральные конституционные законы, есть законы федеральные, и есть, наконец, законы субъектов Федерации. В этой связи в узком и прямом понимании этого термина о незаконных действиях применительно к диспозициям комментируемых статей УК можно вести речь лишь в тех случаях, когда действия лица, привлекаемого к уголовной ответственности, непосредственно нарушали какой-либо из перечисленных законов. А если они нарушали не закон, как таковой, а некий иной нормативный правовой акт?
Подпадают ли они в этом случае под диспозиции указанных статей УК?
По нашему убеждению, нет, хотя Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе», думается неправомерно, и отождествляет категории закона и других нормативных актов. Под незаконными действиями должностного лица, разъясняет он в пункте 10 постановления, следует понимать «неправомерные действия, которые не вытекали из его служебных полномочий или совершались вопреки интересам службы, а также действия, содержащие в себе признаки преступления либо иного правонарушения» [356] .
Обратимся к следственной и судебной практике.
Р., являясь заместителем начальника отдела Государственного противопожарного надзора МЧС по одному из районов г. Воронежа, получил взятку от К. за согласование вопроса о принятии в эксплуатацию законченного строительством объекта. Указав в постановлении о привлечении Р. в качестве обвиняемого что своими действиями он нарушил ряд положений Приказов МЧС РФ, УГПС МЧС РФ по Воронежской области, требований СНиПНов, а также Постановление Воронежской городской Думы, следователь пришел к выводу, что Р. получил взятку за незаконные действия в пользу взяткодателя, и потому квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 290 УК.
Тем не менее, суд согласился с доводами защитника Р. о том, что нарушение Р. положений указанных нормативных правовых актов нельзя расценивать как действия незаконные в точном смысле понимания термина «закон», а потому квалифицировал совершенное подсудимым преступление по ч. 1 ст. 290УК [357] .
Начальник отделения паспортно-визовой службы Гаркушин был привлечен к уголовной ответственности и впоследствии осужден за превышение служебных полномочий, выразившемся в незаконной выдачи паспортов Российской Федерации лицам, не являющимся гражданами РФ.
Авторы, описавшие данное дело, отмечают, что Гаркушин своими незаконными действиями нарушил:
1. ст. 6 Конституции РФ;
2. Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации»;
3. Положение о порядке рассмотрения вопросов о гражданстве РФ…;
4. Приказ Министерства внутренних дел РФ «Об организации деятельности …;
5. Приказ МВД России «Об утверждении Инструкции…»;
6. Должностную инструкцию, утвержденную начальником ОВД [358] .
Совершенно ясно, что законами в юридически точном значении этого понятия являются лишь первые два из перечисленных правовых актов.
Нам представляется очевидным, что данную терминологическую неточность в диспозициях соответствующих уголовно-правовых норм достаточно легко устранить, заменив понятие «незаконные действия» более общим и корректным понятием «противоправные действия».
