5. Исключить из ч. 5 ст. 108 указание на международный характер розыска.
Говоря об этом предложении, в первую очередь, напомним, что ст. 108 УПК в первоначальной ее редакции не допускала возможности рассмотрения судом ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей в отсутствии обвиняемого.
Данное положение входило в противоречие с п.4 ч.1 этой же статьи, в соответствии с которой одним из оснований избрания содержания под стражей в качестве меры пресечения признается то что подозреваемый или обвиняемый скрылся от органов предварительного расследования или от суда (что в целом коррелируется с ч. 3 ст. 210 УПК).
Федеральным Законом от 29 мая 2002 г. эта коллизия в определенной степени было разрешена; ст. 108 УПК была дополнена ч. 5 следующего содержания: «Принятие судебного решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отсутствии обвиняемого допускается только в случае объявления обвиняемого в международный розыск».
Указание на международный характер розыска при решении этого вопроса нам представляется далеко не оптимальным. А если лицо, чья виновность в совершении преступлений доказана, и в отношении которого вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого, скрывается на территории России?
Верно пишет по этому поводу А. Г. Халиулин: «Следователь объявляет подозреваемого или обвиняемого в розыск, но не определяет категорию розыска. Ссылки некоторых членов рабочей группы по мониторингу введения в действие УПК РФ на якобы существующие решения Европейского Суда по правам человека, которые запрещают принимать заочное решение об аресте, неосновательна. Таких решений нет, что подтвердили специалисты по деятельности Суда из различных европейских стран» [387] .
Последствия существования в ст. 106 ч. 5 УПК указания о международном характере розыска скрывшегося подозреваемого/обвиняемого А. Г. Халиулин иллюстрирует следующим весьма впечатляющим трагическим примером из следственной практики.
«
