В левом столбце таблицы приведена рекомендация из пособия по тактике допроса ведьм, составленного в XV веке достопочтимыми монахами-инквизиторами [813] . В правом – выдержка из изложенного в СМИ обращения российского гражданина, направленного в 2009 г. в Страсбургский суд по правам человека [814] . Как говорится, «найдите несколько отличий»… Но влияние научно-технического прогресса – очевидно …
Что же касается принуждения со стороны лиц и органов, осуществляющих уголовное преследование, эксперта или (и) специалиста к даче заключения или показаний, то признаемся, что в известной лично нам следственной и судебной практике такие факты не встречались.
Однако думается, что это, отнюдь, не свидетельствует о невозможности такой разновидности посягательств на доказательства в принципе, особенно в тех случаях, когда заключение дается экспертом или специалистом, состоящем в структурном подразделении того же органа, в котором осуществляется уголовное преследование (например, в ЭКУ УВД, следователь которого и расследует данное уголовное дело). В данной ситуации, полагаем мы, принуждение эксперта, специалиста к даче «нужного» заключения, а затем и соответствующих показаний, может осуществляться путем угроз наступления неблагоприятных для него дисциплинарных и других служебных последствий.
Дело, как представляется, в ином: такие факты в высшей степени латентны. Даже в тех случаях, когда, скажем, повторная экспертиза опровергла выводы первоначальной «ведомственной» экспертизы, данных в результате принуждения к ним, доказать это обстоятельство практически возможно лишь в случаях «признательных» показаний о том эксперта/специалиста, подвергавшегося принуждению (повторим, лично нам такие факты, не говоря уже об уголовных делам по ним, неизвестны).
В
§ 3. Фальсификация доказательств