Столь же несомненна необходимость их предупреждения, пресечения и нейтрализации последствий учиненных посягательств на доказательственную информацию и доказательства, правовые и криминалистические средства чего, проблемы, при этом возникающие, и возможные их решения, и были рассмотрены в нашей работе.
И, подводя итоги проведенному исследованию, – вместо заключения:
1. Автор, отнюдь, не претендовал на исчерпывающий анализ столь многогранной проблемы, как посягательства на доказательства и борьба с ними; несомненно, многие связанные с этим вопросы нами пропущены; отдельные – опущены сознательно, ибо мы в настоящее время не сформировали по ним своего мнения.
2. «Я (здесь автор берет на себя смелость воспользоваться словами повествователя, от имени которого Ф. М. Достоевский описывает сюжетную фабулу «Братьев Карамазовых») мог принять второстепенное за главнейшее, даже совсем упустить самые резкие необходимейшие черты… А впрочем, вижу, что лучше не извиняться. Сделаю, как умею, и читатели сами поймут, что я сделал лишь как умел» [981] .
Кафедра криминалистики ВГУ 2010 г. (слева направо); сидят: Л. Б. Краснова, А. В. Тямкин, О. Я. Баев, М. В. Стояновский, А. С. Фомина; стоят: В. В. Горский, М. В. Горский, Т. Э. Кукарникова, Л. Д. Шевченко, Д. А. Солодов, С. Н. Боков, И. А. Солодов, И. П. Пономарев, А. В. Винокуров
Есть такое правило шахматной игры: пешка, дошедшая на восьмой горизонтали, превращается в фигуру.
А если учитывать, что пешка начинает свое движение со второй горизонтали, то третьей в нашем случае можно считать получение высшего образования, следующей – аспирантуру или соискательство, пятой – получение степени кандидата наук, и т. д.
Кстати заметьте: пешке, чтобы дойти до восьмой горизонтали, совершенно не обязательно сбивать фигуры противника, что неминуемо для шашки, стремящейся в дамки (и это – первая заповедь из цикла методических советов; вообще-то, скорее всего, эта заповедь не методического, а методологического характера и значения).
Вы сейчас находитесь на пути к пятой горизонтали. Сложностей на нем масса. Как человек, его весьма давно прошедший, хотел бы поделиться несколькими советами в надежде облегчить вам этот путь.
Но сначала несколько замечаний и воспоминаний.
Я не люблю, более того, не понимаю, выражение «молодой ученый». Следовательно, должны быть и ученые не молодые – старые… По моему мнению, ученые бывают двух видов: умные и неумные. И это, отнюдь, от возраста не зависит (из чувства профессиональной этики, фамилии называть не буду). Иное дело, есть ученые начинающие, еще не овладевшие технологией этой работы, и ученые более опытные, знающие ее методику.
Потом: по моему мнению, настоящие ученые – это математики, физики, химики, все те, кто занимается фундаментальными, естественными науками. А наша наука – не естественная…
– Какие мы с тобой ученые. Мы с тобой просто научные сотрудники, – как то с легким привкусом горечи в голосе сказал мне Рафаил Самуилович Белкин —, как известно, основоположник современной российской науки криминалистики. И это не было самоуничижением, которое паче гордости, а констатация факта «неестественности» нашей науки.
… Много лет назад, когда я со следственной работы перешел в университет и начал задумываться о диссертации, однажды увидел на стенде у деканата объявление: такого-то числа состоится методический семинар, на котором профессор Владимир Николаевич Скобелкин расскажет, как писать кандидатские диссертации. Тема семинара так и была обозначена: «Как писать кандидатские диссертации». Время тогда было достаточно суровым, посещение этих семинаров, а руководил ими профессор Виктор Степанович Основин, было обязательным. И хотя все, в том числе, разумеется, и я, от их посещения по возможности отлынивали, в этот раз я был в первых рядах «молодых ученых».
В.Н. Скобелкин (человек с большим чувством юмора, которое, напротив, напрочь, отсутствовало у руководителя семинара) вышел на трибуну с несколькими толстенными папками и пачкой кни г.
– Володя, – с испугом спросил вынужденно сидящий на семинаре профессор Иван Александрович Галаган, – ты все это читать будешь?
– Ага, – злорадно ответил Скобелкин.
Затем он рассказал два анекдота, прочитал два своих лирических стиха и сообщил, что доклад он закончил.
– Владимир Николаевич, а как же все же писать диссертации? – возмущенно спросил В. С. Основин.
– А я не знаю, – собирая бумаги и сходя с трибуны, сказал Скобелкин…
