До сих пор многие уржумцы с горячим пристрастием следят за моей судьбой, помня маленькую девочку, которая в те давние годы еще не знала такого понятия, как совокупная народная воля.
Я не принадлежу к числу поэтов, которые много пишут, часто издаются и стремятся к широкой известности. На мой взгляд, литература дышит свободнее, если качественный отбор проникающих в нее произведений производят сами авторы – не дожидаясь, когда это за них сделает время. У меня не так уж много читателей, но они, как правило, – умные, глубоко чувствующие люди.
