Нет сомнения и в том, что должностные лица негосударственных хозяйствующих субъектов могут привлекаться к ответственности за нарушение правил безопасности горных работ (ст. 214), правил пожарной безопасности (ст. 215–1), правил безопасности на взрывоопасных предприятиях или во взрывоопасных цехах (ст. 216), а также за нарушение правил при производстве строительных работ (ст. 215).
Сложнее обстоит вопрос с применением ст. ст. 138, 139, 139–1 УК. В ст. 138, говорящей об ответственности за незаконное увольнение трудящегося с работы из личных побуждений, неисполнение решения суда о восстановлении на работе, а равно иное умышленное существенное нарушение законодательства о труде, субъектом названо должностное лицо только государственного или общественного предприятия, учреждения, организации. Такой оговорки нет в ст. 139, поэтому, строго по тексту закона, должностные лица частных предприятий могут нести ответственность за отказ в приеме на работу или увольнение с работы женщины по мотивам ее беременности, а также за отказ в приеме на работу или увольнение с работы матери, кормящей грудью, по этим же мотивам.
Среди экологических преступлений, совершаемых должностными лицами негосударственных хозяйствующих субъектов, помимо названных выше преступлений, связанных с запрещенным предпринимательством, следует особо назвать загрязнение водоемов и водных источников неочищенными и необезвреженными сточными водами, отбросами или отходами промышленных, сельскохозяйственных и других предприятий, причинившее или могущее причинить вред здоровью людей либо сельскохозяйственному производству или рыбным запасам, а равно загрязнение воздуха вредными для здоровья людей отходами промышленного производства (ст. 223).
Закон Российской Федерации от 19 апреля 1991 г. «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (ст. 30) установил, что за совершение санитарных правонарушений, повлекших или могущих повлечь за собой возникновение массовых заболеваний, отравлений и смерть людей, должностные лица и граждане подлежат уголовной ответственности в соответствии с законодательством. В действующем Уголовном кодексе эта ситуация непосредственно затронута в ст. 222 «Нарушение правил, установленных в целях борьбы с эпидемиями».
Командно-административная система общества с практически абсолютно огосударствленной экономикой стремилась с помощью репрессивных мер обеспечить надлежащее качество продукции, выполнение плановых заданий, бороться с бесхозяйственностью и т. п. Ряд уголовно-правовых норм подобной направленности пока сохраняется в действующем законодательстве, например: выпуск недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции (ст. 152), выпуск в продажу недоброкачественных, нестандартных или некомплектных товаров (ст. 157), приписки и другие искажения отчетности о выполнении планов (ст. 152–1).
Думается, что ст. 152–1, говорящая об ответственности за приписки в государственной отчетности и представление других умышленно искаженных отчетных данных о выполнении планов, фактически утратила силу, поскольку в настоящее время предприниматель вправе самостоятельно формировать производственную программу, выбирать поставщиков и потребителей своей продукции строить свои отношения с государством на основе государственного заказа, а не плана. К тому же Законом Российской Федерации от 13 мая 1992 г. «Об ответственности за нарушение порядка представления государственной статистической отчетности» установлена административная ответственность руководителей и других должностных лиц предприятий, учреждений, организаций и объединений независимо от их форм собственности за непредставление отчетов и других данных, необходимых для проведения государственных статистических наблюдений, искажение отчетных данных или нарушение сроков представления отчетов.
Диспозиция ст.ст. 152 и 157 в принципе не исключает формальную возможность привлечь к уголовной ответственности соответствующих должностных лиц негосударственных промышленных и торговых предприятий. Конечно, в условиях рынка надлежащее качество товаров и услуг обеспечивает не угроза возможной уголовной или административной ответственности, а, в первую очередь, конкуренция, заинтересованность в покупателе или клиенте. Поэтому на мой взгляд, применение норм, содержащихся в ст. ст. 152 и 157 УК, в настоящее время должно быть ограничено случаями, когда выпуск недоброкачественной продукции создает опасность жизни, здоровью, окружающей среде, имуществу потребителя. Подобного рода требования к продукции сформулированы в Законе Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. «О защите прав потребителя».
