Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму» от 24 июля 2007 г. № 211-ФЗ придал особое квалифицирующее значение при совершении целого ряда преступлений мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды и мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. В качестве квалифицирующего обстоятельства эти мотивы теперь указаны не только в составах убийства, причинения тяжкого и средней тяжести вреда здоровью, но и в составах умышленного причинения легкого вреда здоровью (ч. 2 ст. 115 УК), побоев (ч. 2 ст. 116 УК), истязания (п. «з» ч. 2 ст. 117 УК), угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ч. 2 ст. 119 УК). Согласно этому же Закону, уголовно-наказуемое хулиганство как грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, может быть двух видов: во-первых, так сказать, «бытовое», с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. «а» ч. 1 ст. 213 УК), и, во-вторых, «идеологическое», то есть по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной вражды или ненависти либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (п. «б» ч. 1 ст. 213 УК). Данное решение представляется сомнительным. Нельзя экстремистские преступления сводить на уровень бытовых преступлений против личности или хулиганства. В ст. 282 УК, помещенной в главе «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства», установлена ответственность за действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе. Почему же возбуждение такой ненависти или вражды считается государственным преступлением, против основ конституционного строя, а сама реализация этой ненависти или вражды в соответствующих общественно опасных действиях таковым преступлением не считается?
