Ученые, ратующие за введение в законодательство института уголовной ответственности юридических лиц (С. Г. Келина, А. В. Наумов, А. С. Никифоров, В. С. Устинов, С. И. Никулин и др.), подчеркивают огромный ущерб, причиняемый нарушениями законодательства об охране природы, экономическими и иными правонарушениями (например, уклонением от уплаты налогов, продажей недоброкачественных товаров, банковским мошенничеством и др.), когда применяемые к организациям штрафные санкции в рамках гражданского и административного законодательства не адекватны размеру причиненного вреда. При этом вред, причиняемый деятельностью юридического лица, значительно превышает вред, который может быть нанесен отдельным физическим лицам.
Профессор С. Г. Келина отмечала, что привлечение к уголовной ответственности руководителей или иных физических лиц, представляющих соответствующее юридическое лицо, как правило, связано, по существу, с объективным вменением, так как такое лицо, хотя и знало о незаконной деятельности предприятия, производящего, например, выбросы загрязненной воды, но своими силами изменить ничего не могло. В ряде случаев вообще трудно установить, кто конкретно виновен в загрязнении воды или воздуха. Подобная преступная практика обычно длится годами, а привлекают к ответственности то лицо, при котором произошла катастрофа. (2) «Что толку от того, что в результате чернобыльской трагедии несколько конкретных ее виновников были осуждены к длительным срокам лишения свободы? – задает вопрос профессор А. В. Наумов. – Что проку было б в том, если бы мы успели препроводить в места не столь отдаленные двух-трех руководителей бывшего Минводхозазато, что строительство так называемых оросительных каналов привело к засолению десятков тысяч гектаров пахотной земли? А вот если бы за преступные опыты по переделыванию природы в рамках уголовного процесса была бы установлена вина организации (Минводхоза как такового) и ее деятельность по приговору суда была бы приостановлена, а сама бы организация распущена или запрещена (может быть, вместе с соответствующими проектными институтами, разрабатывавшими свои преступные в экологическом плане проекты), проку было бы куда больше». (3)
Сторонники уголовной ответственности для юридических лиц, подчеркивая связь административного и уголовного права, указывали, что советское (российское) административное право давно содержит нормы, предусматривающие ответственность организаций за различные правонарушения (потраву посевов, недоброкачественное строительство и ремонт дорог и др.). Так, в ст. 81 Закона РФ «Об охране окружающей среды» от 19 декабря 1991 г. устанавливалось, что предприятия, учреждения и организации несут административную и гражданско-правовую ответственность за экологические правонарушения. А согласно ч. 6 ст. 231 Таможенного кодекса РФ, «предприятия, учреждения и организации, а также лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, несут ответственность за нарушение таможенных правил, за исключением случаев, когда правонарушение произошло вследствие действия непреодолимой силы». В качестве взысканий в ст. 242 ТК предусмотрены предупреждение, штраф, отзыв лицензии, конфискация товаров и транспортных средств или взыскание стоимости товаров и транспортных средств, являющихся непосредственными объектами нарушения таможенных правил и др. При этом привлечение к ответственности предприятий, учреждений и организаций не освобождает от ответственности их должностных лиц и иных работников за совершение ими нарушения таможенных правил. «Близость административного и уголовного права свидетельствует о том, что если административное право ввело ответственность юридических лиц, то логичным с точки зрения системы права было бы и положительное решение вопроса об ответственности этих субъектов в уголовном праве». (4)
В первом из проектов нового УК РФ, представленном в Верховный Совет Российской Федерации, субъектом уголовной ответственности признавались только физические лица. (5) Однако несколько позже ряд авторов этого документа предложили дополнить проект несколькими положениями, связанными с возможностью уголовной ответственности организаций (юридических лиц) за экологические преступления. Основанием уголовной ответственности юридического лица предлагалось считать совершение деяния физическим лицом, содержащего признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом, когда оно было совершено в корыстных или иных интересах юридического лица. В качестве наказаний для юридического лица предлагались: возложение обязанности загладить причиненный вред, штраф и приостановление деятельности юридического лица. Цели применения этих видов наказания определялись как пресечение деятельности юридических лиц, представляющей общественную опасность для личности, окружающей среды, общества и государства, а также возмещение причиненного преступлением ущерба. (6)
