Мнение, что «новое уголовное законодательство порвало традиционное представление о неразрывной связи между преступлением и уголовной ответственностью», высказал Б. С. Утевский,[724] такого же мнения ранее придерживался Г. Б. Виттенберг,[725] однако сейчас он считает неотвратимость наказания одним из принципов советского уголовного права.[726] Правильно возражает против отрыва преступления от наказания П. А. Фефелов, который уделяет очень большое внимание этому вопросу. Он исходит из того, что «неотвратимость наказания в советском уголовном праве – это принцип, заключающийся в неуклонном осуществлении требования уголовного законодательства о своевременном и полном раскрытии каждого преступления, с тем, чтобы каждый, совершивший преступление, был подвергнут справедливому наказанию в целях предупреждения совершения новых преступлений как лицом, его совершившим, так и другими лицами».[727] Однако при всем значении этого требования нельзя согласиться с тем, что это принцип уголовного права. Если исходить из определения принципов права (как их определяет автор), т. е. понимать под ними руководящие начала, характеризующие содержание права, которые, будучи закреплены в нормах права, объективируются в нем, что принципы права всегда выражены в правовых нормах,[728] то неотвратимость наказания не может быть признана принципом уголовного права, так как в уголовном законодательстве нет ни одной нормы, устанавливающей неотвратимость наказания. Такие положения содержатся в уголовно-процессуальном законодательстве (см. ст. 2 УПК РСФСР), но принципы уголовного процесса не идентичны принципам уголовного права. Для уголовного права неотвратимость наказания важнейшая объективная предпосылка эффективности наказания. Этим и объясняется то, что если принцип индивидуализации наказания подвергнут детальной разработке в уголовно-правовой литературе, ибо это принцип уголовного права и регулируется он нормами уголовного законодательства (ст. 37, 38, 39 и др.), то принцип неотвратимости наказания не исследуется в уголовном праве (к сожалению, и в уголовном процессе).
Можно, однако, согласиться с П. А. Фефеловым, что принцип неотвратимости наказания – это принцип уголовной политики Советского государства, так как уголовная политика охватывает весь комплекс государственной деятельности в области борьбы с преступностью.
Принцип неотвратимости вполне совместим с возможностью освобождения от наказания (амнистия, давность). Однако не следует забывать, что когда государство в исключительных случаях хочет добиться наиболее эффективного общепревентивного воздействия, оно запрещает применение амнистии (Закон 7 августа 1932 г.) и давности (например, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 4 марта 1965 г.).[729]
Применение мер общественного воздействия вместо мер наказания также не противоречит принципу неотвратимости, однако лишь при соблюдении ряда важных условий.
Нельзя согласиться с И. С. Ноем, что «серьезный вред практике борьбы с преступностью нанесло… такое общепринятое положение в нашей науке уголовного права, которое заключается в том, что успех борьбы с преступностью будет обеспечен только тогда, когда за совершенное преступление обязательно последует наказание».[730] Напротив, вред наносится тогда, когда преступление остается безнаказанным. Наказание – это вовсе не обязательно лишение свободы, в подавляющем большинстве случаев это должны быть другие наказания, но общество и каждый гражданин должны быть убеждены в том, что за преступлением с неминуемостью последует наказание (nullum crimen sine poena).
Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 7 июля 1971 г. «О дальнейшем совершенствовании деятельности судов по осуществлению правосудия в свете решений XXIV съезда КПСС» указал, что «необходимо… добиваться соблюдения принципа неотвратимости наказания виновных».[731]
Одним из признаков преступления является не реально примененное наказание, а установленная правом уголовно-правовая наказуемость, т. е. уголовная противоправность. За преступление может быть применено наказание. Неотвратимость наказания как объективная предпосылка его эффективности означает, что наказание должно быть применено.
П. А. Фефелов правильно исходит из того, что в социалистическом обществе последовательное осуществление неотвратимости наказания является объективной необходимостью.[732] Из этого нельзя, однако, делать вывод, что эта необходимость является действительностью. Для того чтобы неотвратимость наказания реально имела место, требуется ряд мер в области уголовного процесса, криминалистики, максимальное сокращение латентной преступности и др.
По материалам Института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности на основе изучения ста дел об умышленных убийствах, видно, что в результате того, что преступления не были своевременно раскрыты, 59 преступников совершили, находясь на свободе, еще сто двадцать преступлений.[733]
