Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 7 июля 1971 г. «О дальнейшем совершенствовании деятельности судов по осуществлению правосудия в свете решений XXIV съезда КПСС» указал, что «выполняя указания партии об усилении правового воспитания граждан, судьи должны помнить о том, что правильное применение правовых норм, строгое соблюдение социалистической законности при рассмотрении судебных дел, широкая гласность судебной деятельности и высокая культура проведения судебных процессов,
Упрощенное понимание задач общей превенции может приводить к несправедливым приговорам, наказанию невиновных, несоответствию между содеянным и наказанием и т. д. Для того чтобы наказание оказалось действенным, необходимо, чтобы оно распространялось только на виновного, чтобы оно было справедливо, чтобы оно было рационально. Только при этих условиях наказание способно воспитывать и устрашать. Именно с этой точки зрения следует подходить к такому вносившемуся одно время предложению, как наказание родителей за преступление, совершенное их детьми (за плохое воспитание). Как специальное предупреждение такая мера является уже запоздавшей – эти дети уже воспитаны плохо; как общее предупреждение она совершенно бессмысленна, ибо никто не может под угрозой наказания хорошо воспитывать.
На первый взгляд может, конечно, показаться, что в некоторых конкретных случаях наказание, нарушающее принципы законности или гуманности, эффективно. Такое мнение может явиться лишь результатом неправильного подхода к решению вопроса. Оно является результатом того, что учитываются лишь прямые непосредственные результаты применения наказания в данном отдельном конкретном случае. Между тем принципы законности и гуманизма служат целям, выходящим за рамки одного конкретного случая, находящегося в поле зрения лица, применяющего право в данный конкретный момент.
Для социалистического уголовного права абсолютно неприемлемы меры наказания, находящиеся в противоречии с гуманными принципами социализма. Такие меры не могут быть эффективными с точки зрения интересов социалистического общества.
В объяснительной записке к проекту УК 1920 г. говорилось: «Наказания, изувечивающие, телесные, поражения всей совокупности прав личности, являются мерами, которые оказывают разлагающее влияние на жизнь общества и не могут содействовать возрождению преступника. Целесообразность… не должна переходить за границы гуманности. В жертву первой не должны приноситься права личности, сохранение коих составляет основу и смысл общественной жизни».[755]
Социалистическое право не может допускать применения мер наказания, противоречащих гуманности, ибо «методы, которые несовместимы с человеческим достоинством, никогда не могут использоваться теми, кто находится на службе “человеческого прогресса”».[756]
Учет всех объективных обстоятельств, которые определяют эффективность наказания, создает возможность для разработки эффективной системы наказаний, содержания отдельных мер наказания и практики их применения.
А. Система наказаний в советском уголовном праве впервые детально была разработана в Руководящих началах. В основу этой системы легли указания В. И. Ленина и соответствующие положения Программы партии. Так, В. И. Ленин отмечал, что в области наказания необходимо:
«1) > % условного осуждения
2) общественного порицания
3) замена лишения свободы принудительным трудом с проживанием на дому
4) замена тюрьмы воспитательными учреждениями
5) введение товарищеских судов (для известных категорий и в армии и среди рабочих)».[757] Принятая VIII съездом партии в марте 1919 г. Программа констатировала, что «в области наказания организованные таким образом суды уже привели к коренному изменению характера наказания, осуществляя в широких размерах условное осуждение, введя как меру наказания общественное порицание, заменяя лишение свободы обязательным трудом с сохранением свободы, заменяя тюрьмы воспитательными учреждениями и давая возможность применять практику товарищеских судов».[758]
VI раздел Руководящих начал предусматривал виды наказаний. В нем говорилось, что «в соответствии с задачей ограждения порядка общественного строя от нарушений, с одной стороны, и с необходимостью наибольшего сокращения личных страданий преступника, с другой стороны, наказания должны разнообразиться в зависимости от особенностей каждого отдельного случая и от личности преступника» (ст. 25).
