Об обычаях говорят и некоторые нормы Кодекса торгового мореплавания. Согласно ст. ст. 89 и 90 КТМ при отсутствии соответствующего соглашения сторон вопрос о сроке погрузки, простоя судна после истечения срока для погрузки, о размере штрафа за простой и о вознаграждении, причитающемся грузоотправителю за досрочную погрузку, разрешается на основе обычаев, действующих в данном порту. Но так как размеры платежей в советских портах определяются в централизованном порядке, а сроки погрузочных работ устанавливаются планом, речь могла бы идти лишь о применении обычаев в сфере внешнеторговых отношений для определения сроков погрузки. Фактически, однако, такие сроки зависят не от «вековых обычаев», а от степени технической оснащенности порта. Поэтому правильнее считать, что здесь мы имеем дело не с обычаями, а с законодательным санкционированием технических норм. От обычаев, которые как переходящие из поколения в поколение соблюдаются в силу традиции, нужно отличать обыкновения, не носящие «векового» характера, а утвердившиеся в деятельности советских промышленных, торговых и иных хозяйственных организаций, в работе ателье бытового обслуживания и прокатных пунктов, в деловых отношениях между гражданами. Сложившиеся обыкновения как таковые обязательного значения не имеют. Так, если магазин обязался заказанный товар доставить на дом гражданину, магазин должен это сделать и не может уклониться от исполнения принятой на себя обязанности ссылкой на то, что обычно подобные операции им не производятся. Но когда в законе, акте планирования или договоре какой-либо вопрос вовсе не находит разрешения, тогда, как сказано в ч. I ст. 168 ГК, обязательство должно выполняться в соответствии с «обычно предъявляемыми требованиями», т. е. сообразно с существующими деловыми обыкновениями. В том же примере при отсутствии упомянутого особого условия в договоре обязанность выборки заказанного товара в соответствии с обычным порядком работы магазина лежала бы на покупателе. Следовательно, деловые обыкновения (обычно предъявляемые требования) обладают лишь субсидиарным (вспомогательным) юридическим значением и применяются с санкции закона только тогда, когда в нем самом или в совершаемых на его основе актах (в договорах, актах планирования), возникший вопрос не получил разрешения.
Постановления Пленума Верховного Суда СССР. В соответствии с пп. «в» п. 9 Положения о Верховном Суде СССР[59] Пленуму Верховного Суда СССР предоставлено право давать руководящие разъяснения судебным органам по вопросам применения действующего законодательства при рассмотрении судебных дел. Поскольку такие разъяснения могут быть даны и относительно применения судебными органами норм гражданско-правового законодательства, постановления Пленума Верховного Суда СССР, в которых эти разъяснения содержатся, следует считать источниками гражданского права.
Признание за постановлениями Пленума Верховного Суда СССР значения источников права иногда отрицается на том основании, что суд есть орган, применяющий правовые нормы к конкретным случаям, и если бы он, кроме того, сам мог творить право, уже нельзя было бы говорить ни о законности, ни о принципах ее соблюдения. Но при определенных условиях правовые нормы применяются к конкретным случаям не только судом, а и всеми другими органами Советского государства – начиная от Верховного Совета СССР и кончая местными Советами депутатов трудящихся. Это обстоятельство не препятствует, однако, признанию значения источников права за теми их актами, которые издаются не по поводу конкретного случая, а для установления общих правил. Почему же тогда руководящие разъяснения, которые содержатся в постановлениях Пленума Верховного Суда и которые тоже носят общий характер, а не связаны с разрешением какого-либо конкретного дела, не могут иметь такого значения?
Верховный Суд СССР – высший орган советской судебной системы (ст. 104 Конституции СССР). В этом своем качестве он вправе, как и любой другой орган, возглавляющий данную систему, издавать обязательные для нее нормативные акты, что и предусматривается п/п «в» п. 9 Положения о Верховном Суде СССР. Но так как в отношения с судебными органами могут вступить любые лица, то вполне естественно, что обязательная сила постановлений Пленума Верховного Суда СССР распространяется также и на этих лиц. В результате указанные постановления становятся общеобязательными актами и потому должны быть признаны одним из источников советского права.
От руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда СССР следует отличать
