Из этого определения следует, что дарение – договор
В ч. 2 ст. 256 ГК указано, что договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества. Не подлежит, следовательно, сомнению, что он определен здесь как реальный договор. При конструировании дарения как консенсуального договора одаряемый мог бы в принудительном порядке истребовать у дарителя обусловленное соглашением имущество. Но возможность предъявления подобного иска, противоречащего социалистической морали, не встретила бы этического оправдания[216]. Поэтому и было признано необходимым при издании действующих ГК в самом законе определить дарение как договор реальный, т. е. совершаемый лишь в момент передачи вещи одаряемому.
Вследствие такой квалификации дарение оказалось в весьма своеобразном положении в общей системе гражданско-правовых договоров. Все прочие договоры служат основанием возникновения обязательств между заключившими их лицами. Но так как в дарственном акте передача вещи означает совершение сделки, то никакие обязанности из заключенного договора для дарителя возникнуть не могут, а одаряемый также не является обязанным лицом ввиду одностороннего характера договора дарения. Иначе говоря, дарение как реальная сделка никаких обязательственных правоотношений не порождает, а заключается путем исполнения сделки, сразу же превращающей одаряемого в собственника имущества, полученного в виде дара. Чтобы оттенить отмеченное своеобразие дарения, его иногда именуют вещным договором[217].
В то же время конструкция реального договора дарения… неприменима к договору дарения жилых домов. Этот вывод не результат чисто логических рассуждений, построенных вопреки закону[218]. Он основывается на прямых указаниях действующего законодательства. Действительно, в ч. 2 ст. 135 ГК закреплено императивное правило о том, что, когда договор подлежит регистрации, право собственности возникает у приобретателя вещи в момент регистрации договора. Регистрация необходима и при совершении дарственных актов относительно жилых домов. Чтобы соблюсти правило как этой нормы, так и ч. 2 ст. 256 ГК о реальном характере дарения, нужно было бы одновременно передать дом одаряемому и зарегистрировать договор. Но подобная одновременность невозможна физически. Иногда поэтому предлагают запретить регистрацию дарственного акта до тех пор, пока дом фактически не передан[219]. Однако передача дома до регистрации не делает одаряемого собственником, и, значит, договор пока нельзя признать заключенным, а тем самым «подаренный» дом может быть истребован дарителем у одаряемого, что противоречило бы этическим нормам не в меньшей степени, чем признание дарения консенсуальным договором. Поскольку право собственности, независимо от того, передан ли дом, приобретается в момент регистрации договора, только с этого момента и можно признать договор заключенным. А если избежать такого вывода невозможно, нет смысла идти по пути практически едва ли оправданных рекомендаций, исключающих регистрацию дарения до фактической передачи дома одаряемому. Правильнее признать дарение жилого дома
Правовое регулирование договора дарения. Договору дарения посвящены в ГК ст. 156–257, которые лишь определяют его понятие и решают вопрос о его форме. Это, однако, не дает оснований говорить о пробелах в правовом регулировании дарственных актов и настаивать на расширении круга связанных с ними вопросов, которые должны быть законодательно разрешены.
В актах дарения на первый план выступают не правовые, а чисто этические отношения. Об этом свидетельствует и тот факт, что в судебной практике почти не встречаются споры между участниками данного договора. Если они и возникают, то либо в отношениях одаряемого с третьими лицами, которые оспаривают акт дарения, либо в таких отношениях между самими контрагентами, которые фактически дарственными не являются, хотя стороны и назвали совершенную сделку договором дарения.
