– А как же они едят? Руками? – Адалина брезгливо сморщила нос, посмотрев на глубокую тарелку с незнакомым блюдом светло-коричневого цвета, похожим на кашу и посыпанным сушеной зеленью.
– Вот так. – Тристан взял с подноса круглую тонкую лепешку, оторвал кусок и, используя ее как ложку, зачерпнул кашицу неприглядного вида. – Это хумус, он очень вкусный.
Он поднес лепешку с хумусом ко рту Адалины, и она несмело отведала незнакомое блюдо с его рук.
– Ну как?
– Вкусно, – оживленно ответила проголодавшаяся Адалина. – Только немного остро.
– Миреасцы любят специи. – Тристан улыбнулся уголками губ и, оторвав от лепешки еще кусочек, зачерпнул ею подливу с мелко нарезанным мясом. – Попробуй это.
Адалина приоткрыла рот, и Тристан как бы невзначай скользнул пальцем по ее губе, когда угощал новым блюдом.
– Что это за мясо? – спросила она, тщательно пережевывая.
– Верблюжатина.
Адалина едва не выплюнула еду, но, сделав над собой усилие, проглотила ее.
– Меня сейчас стошнит, – брезгливо сказала она.
Тристан расхохотался так громко, что птички, облюбовавшие цветочной горшок на веранде, с шумом разлетелись, и Адалина невольно залюбовалась им. Черные глаза были прищурены, губы изогнулись идеальной дугой, обнажая ровные белые зубы – он выглядел таким спокойным и умиротворенным, как никогда раньше.
– Не капризничай, дорогуша, мясо верблюда считается очень ценным и полезным.
– Спасибо, обойдусь.
Адалина отщипнула кусок лепешки и принялась за хумус. Из чего было приготовлено это блюдо, она не стала спрашивать, опасаясь перебить аппетит.
– Смотри не испачкайся, за любимые тряпки Кристин с тебя три шкуры спустит.
– Зачем они с Изекилем направляются сюда? Ты вызвал их?
– Да. Кристин прожила здесь две зимы и обзавелась полезными знакомствами. А поскольку здесь еще не развита сеть шпионов, мне понадобится ее помощь.
– А Изекиль?
Тристан хмыкнул и подвинул себе подливку с верблюжатиной.
– Он вызвался сопровождать Кристин, сохрани его Единый. Не знаю, что происходит между ними двумя, но когда они вместе, то собачатся как злейшие враги, но и порознь долго не могут.
– Звучит, как история зарождения пылкой любви, ну или как минимум страсти.
Тристан поморщился и отпил из деревянной чашки прозрачный напиток с мятным ароматом.
– Это-то меня и тревожит.
– Беспокоишься за кузину? – Ей было необычно видеть Тристана в роли ревнивого брата.
Он покосился на нее с явным снисхождением.
– За Изекиля. Кристин его сожрет и даже косточками не подавится.
Адалина еще не была знакома с Кристин, но она ей уже нравилась.
После сытной трапезы Тристан отправился в город по делам. Адалина же предпочла остаться во дворце, который прекрасно защищал от удушающей жары снаружи. Она гуляла по просторному саду, скрываясь в тени деревьев, пока не набрела на большой белый шатер, внутри которого на деревянном полу стоял такой же низкий столик, за каким трапезничали они с Тристаном, и парчовые подушки.
– Госпожа Карина любит здесь ужинать, когда дневной зной уступает место ночной прохладе, – сообщила сопровождавшая ее служанка Малия. – Если пожелаете, прикажу подать ужин здесь.
– Буду благодарна, – ответила Адалина, с восторгом разглядывая большой шатер.
Вот только ужинать ей пришлось в одиночестве, потому что Тристан так и не вернулся.
– Господин Амир часто бывает в Харияте? – спросила она у Малии, без особого аппетита жуя горячую лепешку с расплавленным козьим сыром.
– Нет, госпожа, он здесь второй раз.
Адалина долго думала, прежде чем задать следующий вопрос:
– А он не говорил, куда отправится?
Малия задумчиво прикусила губу и с опаской посмотрела по сторонам.
– Вы супруга или невеста господина Амира? – смущенно уточнила она.
Адалина удивленно выгнула бровь.
– Нет, мы не связаны узами. В Харият нас привело общее дело. А какое это имеет значение?
Малия снова оглянулась, а потом с заговорщическим видом подкралась ближе и склонилась к ее уху.
– Омар сказал, что сопроводил господина в самый лучший дом удовольствия в городе.
Лепешка опустилась в желудок с тяжестью булыжника. Адалина потянулась за мятным чаем, чтобы избавиться от сухости во рту, но каждый глоток причинял боль.
– Спасибо за сытный и вкусный ужин, – вежливо поблагодарила она и поднялась на ноги. От долгого сидения на полу за низким столом спина с непривычки затекла.
Адалина вернулась в свои покои, где слуги уже зажгли свечи, разгонявшие сумерки и источавшие аромат сандалового дерева. В голове у нее крутились назойливые мысли о Тристане. Вполне возможно, он отправился в бордель, чтобы собрать нужные сведения, а не ради развлечений. Но даже если он собирался провести ночь в объятиях продажной девицы, это не должно ее интересовать – и уж тем более беспокоить.
