– Пал Палыч, – капитан мягко, но решительно прервал доктора. – Это не обсуждается. Лучше у нас не будет раненых из-за того, что мы лучше вооружены и защищены, чем оборудование для лечения раненых, которые появятся из-за того, что наши орудия и защита недостаточно эффективны. Про убитых я вообще молчу. Согласитесь, профилактика лучше лечения.
Врач задумчиво кивнул, несколько секунд помолчал, потом вздохнул:
– Хорошо, я составлю списки.
– Ну, вот и замечательно. Время у вас есть, так что постарайтесь учесть все мелочи.
– Не учи ученого, командир, – доктор ухмыльнулся. – Завтра получишь весь список.
"Подозреваю, что список у него давным-давно составлен", – подумал Соломин, выходя из медотсека. Впрочем, это было непринципиально, как обычно капитана больше волновал результат, чем то, как он был достигнут. Результат же сейчас был, в любом случае, гарантирован – Ветишко был крутым профессионалом.
От медиков Соломин отправился в рубку связи. Выгнав салагу-радиста (специалистов по связи традиционно называли радистами, хотя нынешние средства связи имели мало общего со старинными средствами беспроводной связи), капитан плюхнулся в кресло, размял пальцы и, включив аппаратуру, набрал личный код. Примерно через пару минут экран засветился, и на нем обнаружилось лицо Петрова, внешне спокойно-безмятежное, однако давно знающий разведчика Соломин легко различил на нем признаки волнения. Качество связи было вполне приличным, поэтому разговор можно было вести во вполне комфортных условиях. Единственный минус – задержка в четыре секунды, но с этим можно было мириться. Расстояние для гиперсвязи роли не играло, однако тратилось время на расшифровку. Конечно, можно было бы обойтись и без видеосвязи, голосовая работала быстрее, однако Соломин предпочитал видеть перед собой лицо собеседника.
– Ну что, собутыльничек, ждешь?
– Жду, смешно было бы отрицать. Чем обрадуешь?
– Выполнил я твое задание, выполнил, не волнуйся. Отстрелялись, как на полигоне. Правда, и по нам тоже... отстрелялись, так что с тебя полноценный ремонт.
Даже с четырехсекундной задержкой облегченный вздох Петрова выглядел впечатляюще. Улыбнувшись, разведчик ответил:
– Какие проблемы. Что надо привести в порядок?
– Э, дорогой, не так быстро, с повреждениями мы еще не определились, но факт в том, что кораблю требуется доковый ремонт. И еще, раз уж ты обещал, что я могу закупить любое оборудование и вооружение, то хочу воспользоваться оказией. Раз уж все равно придется ремонтировать корабль, надо и модернизацию провести.
– Не вопрос, – Петров устало потер лоб. – Обещали – сделаем, даже бесплатно сделаем, раз уж обещали. Карт-бланш на все это у меня есть. Где бы ты предпочел ремонтироваться?
– Давай на Черном Новгороде. Там хорошие доки, да и народ нелюбопытный. Так, на всякий случай – мало ли, заинтересуется кто.
– Хорошо. Когда ты сможешь там быть?
– Через неделю примерно. Завтра сброшу список повреждений, и что бы я хотел, помимо этого, модернизировать на своем корабле. Пойдет?
– Разумеется.
– Тогда до завтра.
– Удачи, – ответил разведчик и выключил связь.
Соломин кивнул, медленно встал, впустил в отсек изнывающего от любопытства (это у них профессиональное, наверное) радиста и поднялся к себе. Бухнулся на кровать, пытаясь уснуть, ощущения были самые что ни на есть паршивые – устал, поэтому неудивительно, что наиболее близким стало бы определение "выжатый лимон", однако сон не шел. Похоже, пересидел, переходил, да и две кружки чая, опрокинутые по ходу дела, сбивали сон. Можно было воспользоваться гипноизлучателем и, если бы Соломин хотел отдохнуть любой ценой, он так бы и сделал, но сейчас он хотел отдохнуть, так сказать, естественным путем.
Ну а раз сон не шел, то капитан принялся размышлять, анализируя прошедший бой, и пришел к банальному, но не потерявшему актуальность выводу – и он, и весь остальной экипаж сильно потеряли форму. Последние годы, занимаясь пиратством, они охотились исключительно на слабых, а совершенствоваться, или хотя бы поддерживать себя в форме, можно только имея сильного противника. Вот и результат... соответствующий. Никакие тренировки в такой ситуации не помогут, повезло еще, что вообще справились и не погиб никто. Кстати, на "Альбатросе" дела обстояли лучше – там экипаж, только-только принявший корабль, заранее готов был и к тому, что крейсер незнакомый, а значит, будут дополнительные сложности, и к тому, что защитное поле менее мощное, поэтому выкладывались на всю катушку. А оставшиеся на "Эскалибуре" подсознательно считали себя неуязвимыми – вот и получили по мозгам.
