-Интересно ему. Не знаю, что случилось, но в один прекрасный день… хотя, если подумать, какой же он прекрасный? Не важно. Так вот, хочу, как-то, взять в руки нож острый и такой страх меня берет, что невозможно высказать. Вот прямо душу наизнанку выворачивало, стоило только посмотреть. Уж и заставлял себя, и уговаривал, и приказывал - ни в какую. Только прикоснусь, и дыхание спирает, как без воздуха под водой. Думал, пройдет. День, другой - все то же. На меч и вовсе смотреть не мог. Трясло всего.
-Ничего себе! - Лазарь, мирно отдыхавший у костра, приподнялся. - И что же?
-А то же. Вот пришлось к знахарке обратиться.
-Помогло?
-Сам-то, как думаешь?
-Слушайте вы его больше, - Глеб вышел на поляну и устало присел на поваленное дерево, потеснив Лорисс.
-Ты, Глеб, не знаешь - и не говори.
-Может, ты и обращался к знахарке, но по другому поводу. После знакомства с некой молодой особой. Она, конечно, была так хороша, что…
-Я и говорю, по другому поводу, - обрадовался Северин.
-Хватит, - повысил голос Далмат. - Не о том речь. Вот она мне, эта знахарка и рассказывала. Что если отступится от клятвы, и не поможет тому, кто обратиться к ней, то однажды, заварив себе какой-нибудь боярышник, выпьет его и отправится в Полуночный мир, как будто выпила она… Виль, подскажи.
-Если выпить настойку корня Кукольника, то запросто можно умереть.
-Вот! Виль не даст соврать.
Не обнаружив возле костра металлической кружки, в которой обычно заваривала траву, Лорисс поднялась и пошла на поляну, где невдалеке от костра паслись расседланные лошади. Там, на траве лежали седельные мешки. Во всяком случае, те, что удалось спасти.
Жухлая осенняя листва - слабое утешение, но лошади упрямо склоняли головы, выискивая редкие зеленые стебли. Последние лучи заходящего Гелиона осветили поляну. Прислонясь спиной к огромной, в два обхвата, березе, сидел Бажен. Льняная повязка, пропитанная настойкой из корня Крупины, закрывала половину лица. По негласному правилу Бажен начинал ночное бдение. Позже его сменял Далмат, потом наступал черед Лазаря, и под утро обычно караулила Лорисс. В последнее время, в связи с тем, что на ее долю и так выпало немало обязанностей, Глеб освободил ее от ночного караула.
Прихватив с собой металлическую кружку, Лорисс решила заодно осмотреть глаз Бажена. Края резаной раны, рассекавшей веко, сошлись на удивление ровно. Опухоль заметно спала. Лорисс вздохнула с облегчением: за Бажена можно было не волноваться.
Лорисс возвращалась к костру, когда ее окликнул Глеб.
-Подожди, Виль, - он говорил так тихо, что Лорисс поняла: разговор будет серьезным. Она даже рискнула предположить тему будущего диалога. Почти монолога, как всегда, за редким исключением в виде незначительных “о чем ты?” и “что ты имеешь в виду?” с ее стороны. - У меня сложилось мнение, что ты несколько легкомысленно относишься к весьма непростой ситуации.
-О чем ты, Глеб? - интуиция ее не подвела. Но так приятно делать вид, что ничего не понимаешь, отмечая про себя, как раздражает собеседника твое непонимание.
Глеб вздохнул и посмотрел на нее. Его взгляд был таким проникновенным, что Лорисс стало стыдно за свою невинную игру. Но не идти же на попятную?
-Ты считаешь, это смешно? - темные волосы упали на лоб, закрывая глаза.
-Объясни. Я хочу, чтобы ты сказал, наконец, в чем я на этот раз провинился, - в словах никакого вызова. Только искреннее желание понять.
Черные глаза прищурились, губы дрогнули, и Глеб неуловимо напомнил Лорисс Сокола, когда тот рвался в бой, до последнего пытаясь не обращать внимания на сдерживающую его узду.
-Лавелия не деревенская девка. Не забывай об этом. И если тебе кажется, что граф не способен отстоять честь своей сестры - это самая глупая мысль, которая пришла в твою голову.
Он говорил так тихо, что если бы Лорисс не смотрела ему на губы, нипочем бы не поняла, что он говорит.
-Что за дурацкая манера, постоянно оставаться с ней наедине? Или ты совсем ничего не понимаешь? Были б мы недалеко от цели, я бы махнул рукой на то, что случись “недоразумение”, граф проткнет тебя мечом, как надоедливую муху. А потом я подумал, уж не решил ли ты парень, что графиня настолько забудется, что пожертвует своим положением, чтобы связать свою судьбу с тобой? Постарайся уверить меня, что это не так.
-Мне жаль тебя перебивать, Глеб, - Лорисс внимательно разглядывала карие глаза, прямой нос, ровно очерченные губы, аккуратно подстриженную бороду, и не смогла не отвлечься: царапины почти зажили, а вот повязку на шее сегодня нужно бы сменить. - Я не знаю, что ты там себе надумал. Мне нет дела до Лавелии. - И не нашла ничего лучшего, как воспользоваться фразой, уже однажды выручившей ее “она не в моем вкусе”. Правда, в несколько измененном виде. - Чтобы совершенно тебя успокоить, и положить конец домыслам, скажу: меня в Славле ждет девушка. Только ее я вижу рядом с собой. Я обещал, что вернусь, и слово свое намерен сдержать.
По всей видимости, в этот раз она не доиграла. Потому что Глеб нахмурил темные брови и задумчиво сказал.
