Ропт выровнялся. И бежал за беглецом. Он перемахнул через разбитую машину, разнес столик посреди дороги. И заслонил своей спиной беглеца. И наконец, ропт прыгнул, вытянув вперед обе руки. А потом раздался нечеловеческий вопль. Это закричала женщина и пойманный беглец.
Зети отвернулась. Я оглядел толпу. У многих горели глаза. Ропт повернулся, держа в одной руке свою добычу. Он поймал его перед самой дверью на стадион.
Только сейчас я понял, беглец попал в ловушку. Все первые этажи покрывали стальные листы. Спастись он мог, только добежав до конца улицы.
– Ему не хватило до тачдауна 10 сафеней, – заявил Плюх.
В толпе раздавались крики недовольства. В воздух полетели квитанции. Ропт встал и медленно зашагал по улице. Свою добычу он продолжил нести в руке, широко размахивая ею при ходьбе. Человек повис, словно тряпичная куртка. Смерть настигла его. И что подтверждала неестественно вывернутая шея.
Среди людей раздались редкие хлопки. Сидевший в ложе человек в синем мундире поднял руку. Все затихли.
– Сегодня у нас годовщина появление роптов, и падения диктатуры Эрманна Дакоте – нашего врага, – он откашлялся в микрофон. – По этому случаю, мы объявляем новый приз. 10 паскуалей тому смельчаку кто сможет добежать до финиша. Если ли храбрецы. Нам нужны новые герои, нужны люди, что смогут подарить нам надежду в этом новом мире.
– Я бежать, – подал голос Ука, обращаясь к профессору. – Давайте я бежать. Я быстро бегать.
– Нет, тебя я не отпущу, – старик погладил мальчика по голове.
Толпа галдела. Желающих так и не нашлось.
– Ну что же, в таком случае я вынужден объявить паузу, – префект присел. В ложу потянулись официанты с подносами.
Вооруженные люди словно выросли из-за спины. Троица в синих камуфляжах и автоматами наперевес. Головы их украшали пилотки с нашивками в виде лаврового венка.
– Вы гости города? – поинтересовался один из них, обращаясь к старику. – Я сержант Туки. Вам нужно пройти к канцелярии и заплатить пошлину.
– А сколько она составляет? – растерянно спросил старик.
– Она меняется каждый месяц, – покачал головой сержант. – Сейчас это четвертинка паскуаля с человека. Принимаем оплату, в том числе рабами.
– Но у нас с собой ничего нет, – развел руками профессор. – Мы заплатим, безусловно.
Сержант вздохнул и потянулся за рацией.
– Прием, мы нашли безденежных беженцев, прием.
Затем он аккуратно засунул ее обратно и, положив руку на автомат, посмотрел прямо в глаза профессора.
– В таком случае пройдёмте со мной, будем оформлять, – немигающий взгляд изучал нас с любопытством.
– Простите, а что с нами будет? – спросила Зети.
– Безденежные беженцы продаются на аукционе, это вполне стандартная процедура, вы должны были бы это знать леди.
– Мы никуда не пойдем, – взорвался старик. – Где Плюх бабуин ему в постель, куда он пропал?
Мы начали оглядываться, но нашего гида рядом не оказалось.
– Не извольте беспокоиться, поберегите нервы, – строго изрек сержант. – Вы арестованы.
***
Участок оказался в чердачном помещении, куда нас привели и сразу препроводили в клетку. Из окон виднелись световые лучи, освещавшие клубы пыли. Сержант пришел и сел за стол напротив клетки, погрузившись в набор текста на компьютере.
– У нас есть кое-какие продукты, может, мы ими заплатим? – предложила Зети. – Господин полицейский.
– Постой, – старик прервал девушку. А затем зашептал ей на ухо.
– Молчи про самолет.
– Как здесь скучно, я пить хочу, – подала голос Фью. – А что мы здесь вообще делаем? Почему мы сидим в клетке. Мы в зоопарке?
– Ты почти попала в точку, – ухмыльнулся сержант. – Но вы не переживайте. Вы все выглядите здоровыми. Думаю, мы вас всех очень быстро пристроим. Возможно, кого-то я даже сам куплю. Правда, зарплата у нас маленькая.
– Простите не забывайтесь, – вскипел старик.
Сержант покачал головой и снова погрузился с головой в набор текста.
– Сержант, мы хотели бы предстать перед префектом, – подал голос старик.
– Зачем? – удивленно вскинул брови сержант.
– Если нет денег, мы можем их выиграть, – старик показал на улицу перед ложей.
– Ты хочешь погонять наперегонки с верзилой? – улыбнулся сержант. Он хмыкнул. – Может лучше в рабство. Так живее будешь.
– Нет, не я, он, – старик указал на меня.
-Вы что с ума сошли профессор, – вскочив вскричал я. – Я лучше в рабство.
– Можно я ним поговорю? – поинтересовался старик. И тут же увлек меня в угол, ухватив за шиворот.
– Значит так размазня, ты мужчина или нет?
– Я? – вопрос повис в воздухе, вместе с испуганным взглядом Зети.
– Мне 70 лет, но я горю желанием спуститься вниз и побегать наперегонки с этой падалью, – прошептал он. Зубы его сверкали. И запах мускуса и ладана сочился из яростно открывающихся губ и согревал мне лицо. – После того как мне киборг пересчитал кости, я до сих пор еле хожу. Девочки, мать твою, хотят кушать и спать. И вообще нам нужно лететь из-за этой дыры. А ты засранец не можешь рискнуть своей паршивой жопой. И потом… У меня в кармане есть те самые сигаретки, которыми мы угостили мародёров. Ты помнишь?
– Да, – прошептал
– Вот и славно, ослепишь вурдалака и дело в шляпе.
– Так вы скоро.
