– Звонил Кинан. Сказал, чтобы все собрались здесь.
– Похоже я пришел вовремя. – Ривер направился к колыбели где спал Логан, а Куджо сидел, одним плечом привалившись к раме. – Я надеюсь, что проблема не в Эгиде. А над чем Кинан и Эрик работают?
– Какой-то демон-одиночка терроризирует городок в захолустье, – поведала Лимос скучающим голосом. Ну конечно, из-за одинокого демона Всадники даже пальцем не пошевелят.
За пять тысяч лет они научились отделять большие проблемы от маленьких и им нужны были серьезные доводы, чтобы назвать проблему большой.
– А как в общем дела?
Арес почесал чернильно-черное пятнышко за ухом у адской гончей, и зверюга издала гортанный звук, который мог означать удовольствие, как надеялся Ривер.
– Я не уверен. По Шеулу распространяются странные слухи, как будто старые дружки Мора пытаются перегруппироваться. А еще Кара волнуется о гончих. Многие из них пропали и продолжают пропадать каждый день. Она глаз не спускает с Хала.
Странно. Только кто-то очень могущественный мог связаться с адскими псами. Ривер сделал мысленную заметку спросить у Призрака – главы Подземной больницы, слыхал ли он о каком-нибудь смертельном вирусе, распространяющемся среди адских гончих.
Кинан и Эрик ворвались в парадную дверь. Эрик ни говоря ни слова сразу направился к Лимос и сжал ее в своих объятиях.
– Эрик. – Её голос звучал приглушенно из-за того, что она была прижата к его груди. – Что с тобой случилось?
– Позвольте мне сразу перейти к делу. – Кинан снял кожаную куртку и бросил ее на спинку одного из кресел. – Ваш брат вернулся.
У Ривера перехватило дыхание и... вот дерьмо, адреналин словно раскаленная лава заструился по венам. Его секрет вот-вот станет не таким уж и секретом и совсем не так как он хотел.
Арес вскочил на ноги, от чего адский пес грохнулся наземь.
– Такого не может быть! Он был уничтожен! Мы видели это!
– Как ты можешь быть в этом уверен? – спросил Тан Кинана и Ривер не упустил из вида как Тан наклонился к колыбели, словно ожидая что Мор материализуется из воздуха и схватит его сына.
Эрик продолжал обнимать Лимос.
– Мы выслеживали Кромсателя душ в Колорадо и обнаружили, как мы верим, эпицентр нападений – женщина, живущая в домике в глуши. Затем мы узнали, что приблизительно в тоже время, когда, начались нападения, там появился незнакомец, мужчина по имени Ресеф. Мы видели его фото. Это он.
Кинан кивнул.
– Мы думаем он живет там с женщиной.
Тяжело сглотнув, Лимос поинтересовалась:
– Живет или держит в плену? Кто он, Мор или Ресеф?
– Мы не знаем, – ответил Эрик. – Но в связи с тем, что там поблизости Кромсатель душ убивает людей, быть Ресефом, не так уж и хорошо для него.
– Кромсатели душ были любимыми демонами Мора, которых он использовал чтобы терроризировать людей, – выдохнула Лимос. – О, Боже! Что если он все еще Мор....
– Он – Ресеф, – пробормотал Ривер и все взоры устремились на него.
– Ты об этом знал? – спросил Арес, низким голосом. – Ты знал, что он жив, находится среди людей и ничего нам не сказал? Как долго ты об этом знаешь?
Ривер ненавидел то, как стало известно о существовании Ресефа, но он не мог никого винить кроме себя.
– Я знал с того дня когда Танатос всадил ему кинжал Избавления в сердце. Это я вытащил Ресефа из Шеул-гра.
Все с ошеломленными лицами уставились на него. И тут наконец Эрик нарушил тишину.
– Я надеюсь, блядь, у тебя была весьма веская причина так поступить, потому что прямо сейчас я хочу хорошенько надрать тебе задницу и мне плевать ангел ты или нет.
– Встань в очередь, человек, – ответил Ривер, может быть обороняясь чуточку больше чем надо было. – Я никогда не делаю ничего без веской на то причины. – Он просто надеялся, что его причины были достаточно хороши. – Я спустился в Шеул-гра чтобы убедиться, что душа Ресефа была в безопасности. У него по-прежнему есть роль, когда настанет конец света. Пророчество в Демонике возможно не сбылось, но все еще есть шанс.
– Мы это знаем, – вмешался Танатос. – Давай вернемся к той части где ты отпустил его.
– Терпение, – рявкнул Ривер. – Я не один из твоих слуг. – Он медленно засучил рукава, давая себе больше времени подобрать правильные слова. – Я спустился в Шеул-гра, но не ожидал найти Ресефа в таком состоянии. Он не был... душой. Он был самим собой.
– Самим собой? – переспросил Арес. – Как кто? Мор или Ресеф?
– Ресеф. Но он был сломлен.
Лимос высвободилась из объятий Эрика.
– Что ты имеешь в виду говоря «сломлен»?
– Он был Ресефом, но он помнил все что сделал, будучи Мором.
– О, Боже! – прошептала Лимос. – Какой ужас!
Кинан тихо выругался.
– Я не понял, так в чем заключалась сделка? Он должен взять на себя ответственность за убийство миллионов людей. В чем здесь проблема?
– Я вот тоже задаюсь подобным вопросом, – вмешался Эрик. – Ну и что, если он помнит все что натворил?
– Вы не знаете Ресефа, – сказала Лимос. – Никто из вас. Вы знаете, его только как безжалостного монстра, но до того, как сломалась печать, он был веселым, счастливым и никогда намеренно никому не вредил. Если бы он знал все что натворил собственными руками, это бы убило его.
