— Палач! — в ужасе вскрикнул Иван и шарахнулся к дверям. Николас вынул из за пояса кинжал. Хоть сердце и зашлось в приступе панического ужаса. Вот откуда запах смерти. Его принес Палач. Каждый вампир чувствует когда за ним приходит посланник Ада.
— Значит, ты и есть Палач? Изгой!
Мстислав посмотрел на меч и покрутил его в руках. Сталь сверкнула, засияла.
— Да, я и есть Палач.
Мокану зарычал, сжимая кинжал в побелевших пальцах, смертельная бледность покрыла его лицо.
— Ты пришел за мной?
Изгой кивнул и продолжал сверлить Мокану ледяным взглядом. Более бесстрастного лица Ник еще не видел никогда. В глазах Палача он читал приговор. Никто не оставался в живых после встречи с Изгоем. Если воин Апокалипсиса появлялся, значит кто то умрет. Ник посмотрел на дверь, мысленно моля бога чтобы никто не вошел и Изгой, сделав свое дело просто ушел. Ник не хотел забирать с собой в черную бездну смерти случайных свидетелей.
Внезапно в комнату вбежала Марианна с Камиллой на руках. Она громко вскрикнула, увидев в руках Изгоя меч. Ник одним прыжком оказался между ней и Палачом.
— Что здесь происходит?
Княгиня смотрела то на мужа. То на Палача, который опустил меч и теперь с видом бесстрастного наблюдателя следил за Николасом и Марианной. Ник крикнул, не оборачиваясь:
— Марианна уходи! Забирай Камиллу и уезжай. Ты же дашь им уйти Изгой? Или ты получил задание убить нас всех? Это ты отравил мою дочь?
Изгой повел плечом, длинные белые волосы колыхнулись волной. Он не сводил глаз со своей жертвы. Потом тихо бесстрастно сказал:
— Я не должен перед тобой отчитываться — ты приговорен, и я приведу приговор в исполнение. Но ты спросил, а я отвечу — я не отравлял твою дочь, и я собираюсь убить только тебя. А теперь скажи своей жене, чтобы уиралась пока я не передумал. Не то я вначале убью тебя, Мокану, а потом мне придется избавиться и от твоей жены вместе с ребенком.
Марианна громко всхлипнула, бросилась к мужу, но Николас грубо толкнул ее в плечо, оскалился:
— Вон я сказал! Немедленно! Уходи!
— Нет! — молодая женщина тряслась от ужаса, она смотрела на мужа, судорожно сжимая спящую девочку дрожащими руками. Она с мольбой посмотрела на Палача, в ее глазах блеснули слезы:
— Почему ты хочешь убить моего мужа? За что? За что его приговорили и кто?
Марианна сделала шаг в сторону гостя убийцы, но тот резко выставил меч вперед:
— Уйди, женщина, не мешай! У меня с твоим мужем личные счеты. Ты — свободна. Убирайся, пока я не передумал.
Глаза Палача стали ярко алыми, по лицу поползли змейки темно фиолетовых вен. Он оскалился и повернулся к Николасу.
— Скажи ей, чтоб ушла. Я больше не намерен тянуть. Пусть убирается вместе с ребенком как можно дальше, иначе другие каратели найдут ее.
Марианна со слезами на глазах смотрела на Николаса.
— Милая, подумай о Ками, ее еще можно спасти. Я прошу тебя.
Марианна отрицательно качнула головой.
— Я останусь здесь, с тобой. До конца. Пусть он скажет за что. Мы имеем право знать.
— Не имеете! — ответил Палач, каждое слово разрезало накаленный до предела воздух — вы ни на что не имеете право. Вы больше никто в мире бессмертных, вас приговорили, и я приведу приговор в исполнение.
Но Марианна не сдавалась, она смотрела в стальные глаза Палача:
— Ты вошел к нам в дом, ты держал нашу дочь на руках! Неужели ты бесчувственное чудовище и оставишь детей без отца? Убьешь его, на наших глазах, не сказав за что?
Палач лишь на мгновение отвлекся, посмотрел на молодую женщину, в тот же миг Николас неожиданно прыгнул прямо на него, хотел ударить кинжалом в грудь, но Изгой отшвырнул князя, и молниеносно оказался возле него, приставив меч прямо к горлу.
— Ты узнаешь за что. Для тебя, тварь, я сделаю исключение из правил. Пусть все знают, за что подох их любимый князь. Я вынес тебе приговор лично.
Николас, молча, смотрел на Палача, чуть приподняв голову, опираясь на локти. Лезвие меча блестело в нескольких дюймах от его горла.
— Тогда скажи за что, Изгой? Не тяни. Окажи мне такую честь.
Изгой наклонился к князю и глядя в красные глаза Мокану прошептал:
— Ты изнасиловал и убил мою сестру. Пятьсот лет назад, ты схватил молодую девушку из разоренной Максимилианом деревни под Краковым. Ты измывался над ней долгие месяцы, а потом зарезал ее. Тогда ты был еще человеком, но не менее презренной падалью, чем сейчас. Правосудие не знает времени, оно не стареет. Я пришел, чтобы наказать тебя за убийство невинной. Умри и гори в аду вечно!
Изгой резко взмахнул мечом, Марианна зажмурилась, а Николас смотрел в глаза своему убийце.
— Я не убивал Анну. Я любил ее.
В тот же миг меч сделал круг и …
Невероятная волна из сгустка ультрафиолетовых синих лучей остановила меч в миллиметре от шеи приговоренного князя. Изгой не мог повернуть голову, он лишь перевел взгляд, на ту, что посмела его остановить. Фэй вся дрожала от напряжения, выставив тонкие руки вперед, от ладоней вились ослепительные нити ультрамарина. Они оплетали кисти Изгоя, лезвие меча, словно удерживая на весу, не давая пошевелиться.
— Ты не совершишь свое правосудие, Палач. Я не позволю.
