– Твои блага похлеще бедствий, – новый факт о способах Мистера Буквы добывать информацию перечеркнул все мои недавние попытки его понять. Неужели потребность плести интриги действительно передавалась тому с поганой кровью?
Если бы Бодрийяры умели разговаривать друг с другом, их история и вполовину не была бы настолько мрачной.
Но много лет назад дурацкие устои, чинно надиктованные правилами эпохи, пребывали на самой верхушке шкалы ценностей. Мать Оуэна просила его не повторять ошибок чужого прошлого, но противоречила самой себе: для того, чтобы это сделать, о нем необходимо было помнить.
Без вырезанных эпизодов, зачеркнутых лиц неугодных предков и лицемерия.
– Ладно, давайте вы там это… дома поговорите. – Боб сложил руки в замок и хмуро глянул в мою сторону. – Не работаешь ни хрена, так хоть кофе принеси.
Искренне желая поскорее завершить начатую сцену, в которой моему боссу отнюдь не было места, я поднялся со стула и проследовал к кассе. Джереми, к моему неудовольствию, подскочил вслед за мной и сунул в руки свою пластиковую карту.
– Хватит делать из меня врага, – шикнул он мне на ухо. – И если тебе не нравится работать в квестах, только скажи.
Он поспешил вернуться на свое место, приторно улыбаясь руководителю игрового клуба.
В квестах мне работать нравилось.
Мне не нравилось в них жить.
Факт того, что некогда полный драмы и тирании дом Бодрийяров теперь представал передо мной как самая базовая площадка для сборов молодежи – не давал мне покоя. Я смотрел на витрину с десертами и спрашивал себя: как вообще это возможно? После моих злоключений в МёрМёр жуткий, плоский, но весьма распространенный стереотип о мрачных коридорах, наполненных тяжелой энергетикой, твердо закрепился в моей голове, окончательно перекочевав из кинематографа в реальность. Почему это место было совсем не таким? Неужели энергия новой жизни, что циркулировала здесь, могла снести абсолютно все, что ранее пряталось за дремучими стенами? Может быть, именно так выглядели закрытые гештальты? А дом Германа, все еще представлявшийся мне как живое кладбище, не мог обрести новую жизнь, потому что Оуэну не хватало кусочка пазла в виде меня?
Но вот я здесь. И никому из нас пока не легче. И я был готов поспорить, что если сейчас сорвусь в сторону теперь хорошо знакомого мне особняка и войду внутрь, ощущения внутри тоже будут прежними.
Чего нам не хватало для того, чтобы закрыть эту дверь, распахнувшуюся против нашей воли – навсегда? Что именно Джереми называл моим самообманом?
Моя очередь подошла.
