– Нет, – мой спутник усмехнулся, заводя машину. – Давай-ка выберем место поуютнее. Последний раз ты ел еще утром, а ведь скоро уже стемнеет. Поехали ко мне.
Моя больная голова, сплошь напичканная клише из хорроров, сигнализировала об опасности. Вот уж чего мне хотелось меньше всего, так это оказаться дома у малознакомого человека на три десятка лет старше меня. Может быть, вот он, клоун на пружине?
– Чем тебе не подходит моя комната в общаге? – я начал выстраивать свои аргументы в пользу отказа издалека, теперь избегая зрительного контакта. – Нормально попили чай. Пиццу туда не закажешь, но можно купить по дороге.
– Боишься? – Джереми глянул на меня исподлобья. – Ты очень смешной, Боузи. Ты уже побывал у меня в офисе, знаешь, что со мной близко знаком твой руководитель, принимал от меня подарки и даже держал мою карту в руках. Ты не думаешь, что если бы я хотел тебе навредить, то уже сделал бы это?
– Много чести! – мрачно буркнул я. – Бояться тебя еще. Просто двинутый дед, что с тебя взять.
Оуэн расхохотался:
– Я бы и рад посидеть в твоем чудном обиталище. Вот только трюк с консьержкой у меня второй раз не получится.
Создавалось ощущение, что мистер О брал меня на слабо.
– Боузи, мне очень жаль, что в детстве у тебя не было даже родительской модели, что уж говорить о настоящих маме и папе, – мужчина вздохнул так, словно моя боль касалась его лично, и он имел возможность наблюдать, в каких условиях я рос. – Но я не знаю, как еще донести мою простую мысль о том, что не все вокруг желают тебе зла. И как опровергнуть твою установку о том, что любая забота должна быть чем-то оплачена. Тебе не повезло множество раз, и не повезет еще столько же, но я бы не стал устраивать исповедь перед человеком, которому хочу навредить.
