— Тогда надо придумать, как убить вражеских солдат, — вновь заговорил молодой силт ло. — Пусть летарам я навредить не смогу, но если не останется солдат, они не смогут захватить город. Вы сказали, их не так уж и много.
— Наверное, не больше пары сотен, — не слишком уверенно ответил Велрих.
— А сколько у нас солдат?
— Тысяч восемьдесят, — раздалось из угла генералов.
Сентиль с удивлением отметил, как те спокойно проглотили это «у нас». Кем себя возомнил этот юнец? Велрих сравнил его с Малакартом, человеком, создавшим материк. Конечно, сравнил в насмешку, но если ему удалось в одиночку создать стену, может, в насмешке есть доля правды?
Ему-то запретили съездить в Кейиндар и стать силт ло. Что Велрих, что отец, твердили одно и то же. Ты наследный принц, и должен править страной. И стань хоть самым могущественным силт ло в мире, обязанности не изменятся. Всё так же сидеть, принимать просителей и перебирать бумаги.
Конечно, они оба правы. И Сентиль усердно изучал геральдику, законы и этикет, но как же это скучно! Что такое править страной в сравнении с этой силой? Стоит невзрачный юнец, перебрасывает посох из руки в руку, а на самом деле именно он является настоящей силой. Да такой, что при желании мог бы не стену вокруг города построить, а похоронить его под слоем лавы. Именно эта сила защитит жителей города, а не отец, сидящий на троне и выслушивающий перебранку двух силт ло.
Конечно, он единственный наследник, и обязан продолжить королевский род, но… как же ему хочется хотя бы на мгновение ощутить эту силу, способную возводить и стирать города.
— Сентиль! — Оклик отца вернул к реальности. Витая в своих мыслях он и забыл, где находится. — Ступай спать, завтра рано вставать.
Алгот подкрепил слова выразительным взглядом, он это умеет, и Сентиль согласно кивнул.
Да, ему предстоит поездка в Лейл Кин. Прятаться и ждать, когда окончится сражение. Но по возвращению обязательно вновь попытается уговорить отца и Велриха отправить его в Кейиндар. Хотя, его же разрушили летары. Но должно же остаться место, где могут пробудить силт ло?
Принц в последний раз оглядел собравшихся и вздрогнул, поймав на себе взгляд до обидного молодого силт ло. У него оказались странные зелёные глаза. В них Сентилю почудилась та самая сила, о которой он так мечтал. Но ещё увидел и боль.
Всем известно, как пробуждаются силт ло. Чаще всего толчком становится отчаяние. Интересно, чем расплатился этот юнец? А чем готов пожертвовать он сам? Если хочешь что-то получить, необходимо отдать взамен нечто равноценное, таким принципом всегда руководствовались силт ло. Не зря их называли хранителями равновесия.
Цена всегда оказывается больше, чем мы ожидаем, пришли на ум слова Велриха. Особенно для силт ло. Вот представь — ты пробудишься, но сил в тебе хватит не для постройки городов, а только камни таскать. Да такие, что и ребёнок поднимет. Такое случалось, никто не может предвидеть силу пробуждаемого. А удержаться от её использования не получится, сила будет требовать выхода, даже такая слабенькая.
Всё это промелькнуло в один миг, когда Сентиль заглянул в глаза силт ло. И вдруг он осознал, что в них есть кое-что ещё. Зависть. Неужели он, самый могущественный силт ло, завидует ему? Тому, что он принц? Или что он обычный человек?
Сентиль развернулся и вышел из комнаты. Возможно, Велрих с отцом правы. Жизнь у него и так складывается гораздо лучше, чем многие могут пожелать. Пускай силт ло занимаются своими делами, а он займётся своими. В такой жизни есть свои плюсы. Хотя бы в том, чтобы не состариться раньше времени.
Больше Сентиль не оглядывался, и лукавую ухмылку молодого силт ло, словно от удачно провёрнутого дела, увидел только стражник, закрывающий дверь. Но он счёл её относящейся к разговору с Велрихом, с которым силт ло вновь обменился едкими замечаниями.
Сову разбудил тихий шорох, нарушивший мерный стук капель за окном. Он открыл глаза и увидел медленно отворяющуюся дверь. Судя по дыханию Гепарда, близнец тоже проснулся, но оставался неподвижен.
Дверь распахнулась ещё шире, и в проёме показалась голова хозяйки гостиницы. Пучок волос повернулся влево, вправо, проверяя, все ли спят. Сова прикрыл глаза, решив пока не вмешиваться и понаблюдать.
Удовлетворившись осмотром, хозяйка протиснулась внутрь, держа в руке зажжённую свечу. Постояв в раздумьях, она направилась к дальней кровати, где спал Бейз. Тот лежал на левом боку, спрятав под собой волчью руку и плотно укутавшись одеялом. А вот его ровное дыхание и сердцебиение свидетельствовало о том, что вторжение в комнату прошло незамеченным по крайне мере для одного постояльца.
Хозяйка осторожно приблизилась к постели, стараясь не светить в глаза спящему, и присмотрелась к лицу. Убедившись, что кровать выбрана правильная, она наклонилась и зажала рот спящему свободной рукой.
Сказать она ничего не успела.
