— Ты это имел ввиду, когда говорил о множестве путей для исполнения планов? Строил запасной вариант, даже не зная, пригодится ли он?
— Были такие мысли, да, отрицать не стану. Но я до последнего надеялся, что на кораблях больше, чем один летар. Всё-таки вы тратите на плетения жизнь, а если тебе придётся взять на себя силт ло, это означает битву один на один. Так как, не передумал?
— Я уже сказал, что хочу поучаствовать. Помогать разбираться с обычными воинами или с силт ло — какая разница?
— Разница есть, — улыбнулся Немерк. — Но я рад, что ты согласился добровольно. Так что можешь быть спокоен, глава дома Акулы. Матросам придётся сражаться в бою с обычными воинами.
— Позвольте полюбопытствовать, а кто вы? — спросила Илара. — Мы видели… истинный облик Крелтона, а как насчёт вашего?
— Это так важно? — осведомился Немерк.
— А ведь и правда, — влез Хилен, вновь схватившийся за зеркальце и недовольно изучающий новую морщинку на лбу. — Я всё хотел тебя спросить, и про шрам тоже.
— Правильно делал, что не стал. Ответа не будет.
— Почему!? Вы втянули меня неизвестно во что, я плыву с вами нападать на Каран Дис, рискуя жизнью, а ты даже не скажешь, кем являешься?
— Втянул? — холодно переспросил Немерк. Хилен оторвался от зеркала и бросил быстрый взгляд на летара. Раскрыл было рот, но Немерк не дал ему вымолвить ни слова. — Что я тебе говорил, когда мы прибыли в Эквимод? Разве не советовал отдохнуть пару дней и отправляться обратно в Терраду? Разве не твердил тебе постоянно, что ты не будешь участвовать в наших планах? Разве ты сам не напрашивался на это?
Хилен вздрагивал при каждом слове, сжимаясь под пристальным взглядом зелёных глаз. Да, всё верно. Но всё же…
— Зачем так с мальчиком, — вмешалась в разговор Илара. — Извини, Хилен, кажется? — Силт ло едва заметно кивнул. — Планы на заманивание так и строятся. Убеждать в том, что кому-то не надо что-то делать, чтобы он сделал именно это. Простое человеческое желание делать всё наперекор. Разве не на этом строился план? Заманить не знающего жизни юношу, намёками рассказывать о грандиозной затее, небывалом событии, чтобы он захотел поучаствовать. А зная неуёмное любопытство и жажду знаний силт ло, не удивительно, что он купился. Или я ошибаюсь?
Немерк повернул голову, уставился на Илару, но та и не подумала отворачиваться или отводить взгляд. Хотя от этих странных, сплошь зелёных глаз с узкими вертикальными зрачками её пробрала дрожь до самых костей, и на миг она пожалела о сказанном.
— А я вот не прочь представиться, — вмешался Мирак. — Что? Не смотри так на меня, Немерк. Помнишь, что говорил Калин? Каждый сам решает, кому открыться. И сам отвечает за последствия.
— Твоё право, — холодно произнёс Немерк. — Как ты и сказал — за последствия отвечать тебе.
Мирак поднялся из-за стола, прошёл во вторую половину кают-компании.
— Господа, дама, — он церемонно поклонился, — а так же некий Лендар. Помнится, ты усомнился в моих словах, что я не мог быть судьёй в неком поединке, состоявшемся… сколько, Немерк? Три тысячи лет назад?
— Две тысячи девятьсот, плюс-минут пару десятков лет.
— А можно узнать, на чём основаны сомнения этого некоего Лендара? — прежним вежливым тоном поинтересовался Мирак.
— У тебя обычные глаза, — буркнул Лендар, явственно ощущающий, что его собираются оставить в дураках. — Даже у Крелтона при более внимательном рассмотрении видно, что глаза не человеческие.
— То есть, я пробыл слишком мало времени в этом теле, чтобы быть судьёй в той схватке?
— Хочешь сказать, тебя призвали повторно?
— Ответь на вопрос, будь добр.
— Да, именно это я и хочу сказать.
— А если я докажу обратное?
— Сможешь порадоваться, — фыркнул Лендар.
— Признаешься, что ты бегаешь медленнее хромой трёхногой черепахи?
— Вот ещё.
— Так я и думал, слабак. Ну и ладно.
Мирак огляделся по сторонам, развёл в стороны руки, улыбнулся и исчез. В воздухе остались только его ярко-красная рубашка да зелёные штаны.
— Хамелеон, — изумился Лендар, вытаращив глаза в пустоту.
— Именно, — отозвалась та. — Теперь понятно, почему у меня обычные глаза?
— Маскировка.
— Именно, — раздался развеселившийся голос со стороны рубашки. — Сущность в разных мелочах, что мы забываем контролировать. Глаза, иногда голос, движения. А моя сущность — маскировка. А какая маскировка может быть лучше, чем обычные человеческие глаза?
— Так он действительно был судьёй на вашем поединке? — спросил Лендар у Немерка.
— Был, — коротко ответил тот.
— Что за поединок? — вновь пристал с вопросами Хилен.
— Давняя стычка двух летар, — ответил Мирак. Он вернулся к нормальному облику и сел за стол. — А если кое-кто скажет нужные слова, я даже поведаю вам о нём, — ехидно добавил он, глядя на Лендара.
— Не буду я это говорить, — проворчал тот.
— Да ладно тебе, это же всего лишь слова, — заныл Хилен. — Скажи их и забудь. В качестве расплаты за то, сколько ты времени издевался надо мной, пока таскались в доках.
— Ты сам согласился на эту роль в нашей затее.
— Ну пожалуйста, Лендар.
