Как несколько минут назад охотник играл со мною, так сейчас Руна играла с ним. Это стало бы понятно даже тем, кто ничего не понимает в мечевом бое, окажись они сейчас в этом зале. Не знаю, насколько ей в этом помогала невидимость своего клинка, но думаю, не будь её, ничего бы существенно не изменилось. Руна двигалась настолько легко и профессионально, что у меня перехватило дух, как будто «удушение» снова заработало в прежнюю силу. Меч Нюха иногда проходил так близко от Руны, что казалось ещё немного, и охотник заденет её. Но этого не случалось.
Два-три звонких удара, нырок под руку, удар пяткой под колено, толчок в спину, и Нюх завалился на пол. Руне надоело играть.
Она каблуком ботинка припечатала вооружённую руку охотника, тот вскрикнул, разжал кулак, и Руна тут же отпихнула меч в сторону.
— Ну, вот, — слегка запыхано выдохнула она и вытерла пот со лба. Всё-таки, неплохо они потанцевали, и молодой бы от такой пляски из сил выбился.
— Кто ты, старуха? — задыхаясь то ли от усталости, то ли от злобы, процедил Нюх, а я хмыкнул. Это он зря. Тяжёлый подзатыльник был тому подтверждением.
— Аа, — вскрикнул охотник, когда его нос плотно впечатался в каменный пол.
— Не называй меня старухой, — недовольно выдохнула бабуля.
— Может, вы путы снимите с меня? Уже затекло всё, — подал я голос, но бабуля отмахнулась.
— Подожди. Надо этого связать для начала.
Управившись с Нюхом с помощью воздушного плетения, Руна подошла ко мне, и разрушила «оковы». Фуух. Я принялся яростно работать кулаками, разгоняя кровь. В пальцах закололи сотни иголок, тысячи даже. Но это нормально. Значит, кровь возвращается.
Как только руки более-менее пришли в норму, я стал растирать ноги, и уже через минуту сумел подняться. Руна успела усадить охотника, прислонив спиною к стойке. Тот смотрел в пол, и на лице его читалась всё ещё не остывшая злоба, поверх которой наплывала пелена обиды.
— Что, не ожидал? — бросил я, подойдя, и засадил ему ногой по рёбрам. Но тут же получил подзатыльник.
— Ещё раз так сделаешь, помогать тебе не стану, — холодно проговорила бабуля и посмотрела на меня недобрым взглядом. — Это не тобой поверженный, потому проявляй к нему уважение.
— Что-то он ко мне его не очень проявлял, — буркнул я, потирая зудящий затылок. — Если бы вы видели…
— Заткнись, — перебила Руна. — Не важно, как поступает враг, важно как поступаешь ты.
— Угу, — промычал я, но спорить не решился.
— Посмотри, что там с трактирщиком, — приказала Руна, и я заглянул за стойку. — Да перепрыгни, нормально глянь.
Пришлось перелазить. Спрыгнув вниз, я заметил дверцу всего в паре метров от себя и зло сплюнул. Потом приставил два пальца к сонной артерии хозяина таверны.
— Нормально! Живой он.
— Ну и хорошо. Лезь назад.
На этот раз я совершать переход через «Альпы» не стал, а просто воспользовался дверцей.
— Ты был в Зыби, — Руна нагнулась над Нюхом и теперь смотрела на него со странным прищуром. Нюх молча кивнул, и вдруг охнув, схватился за бок.
— Так кто же ты всё-та… чревл, — прошипел он ругательство, скривив лицо.
— Хворь какая?
Нюх снова молча кивнул, а я направился к поломанному ножу. Поднял обе запчасти, приставил друг к другу с глупым видом и цокнул языком. Без кузнеца тут уже не обойтись.
— Тебе к лекарю нужно, — продолжала бабуля, и голос её вдруг стал каким-то задумчивым и жалеющим, — А не за беглыми гоняться. И пить брось. Зачем пьёшь?
Нюх поднял глаза. На секунду в них мелькнула ненависть, но тут же сгинула, и он устало улыбнулся.
— Ладно, не хочешь открывать своё имя, твоё дело. Было время когда я тоже этого не хотел. Меня зовут Линк’Ург, — проговорил он сухим голосом. — Не слыхала, мать? Если слыхала, поймёшь, зачем я пью.
— Линк’Ург? — переспросила бабуля, подумала пару секунд и кивнула. — Вистенорд. Так?
— Он самый, чревл его раздери.
— Мне как-то довелось побеседовать с одним из тех, с кем ты был в Зыби. Так что я знаю, за что тебя лишили риттерского звания.
— С кем? — нервно спросил Нюх, и попытался дёрнуться, но путы держали крепко. Я присел за один из столиков, положил на него части ножа, и с некоторой ревностью стал взирать на общавшихся, которые за несколько секунд до этого колошматили друг друга будь здоров.
— С Виренгом…
— Он был моим побратимом, одним из лучших мечников и магов, но потом… — процедил сквозь зубы Нюх.
— Он тоже так сказал, — резко перебила Руна. — И он рассказал мне о том, как ты защитил от неминуемой смерти четырёх маленьких альтов. Зачем ты это сделал?
— Дурак был, — буркнул охотник и вяло ухмыльнулся.
— Хм. Возможно ты сделал всё правильно, — задумчиво проговорила бабуля, и на секунду её взгляд стал печальным. — Ты не позволил Тьме победить тебя.
— Защитив её выродков? Чушь.
— У каждого свой путь, — Руна принялась снимать с охотника пояс. — Прости, но нам придётся забрать твоё оружие. Ты сломал парню нож, чем ему оборонять себя?
— Он раб, — недовольно выдохнул охотник, а Руна только пожала плечами.
— Это не имеет значения.
Сняв пояс, она подошла к мечу, подняла его и всунула в ножны.
