Мы собрались в самой просторной комнате уцелевшего дома. Тесно придвинутые скамьи, дрожащий магический свет, лица — бледные, изможденные, но уже не безучастные.
Я встал у очага, чувствуя тепло огня на спине. Взгляд скользнул по собравшимся — семь новых лиц, Муран, Радослава, Елисей... Но Артема среди нас так и не было. Где-то в глубине души кольнуло беспокойство, но сейчас нужно было думать о живых.
— Город в опасности, — мой голос прозвучал глухо, но четко, разносясь по комнате. — И не только от теней.
Мужчины переглянулись. Самый старший из новоприбывших — коренастый бородач с шрамом через бровь — мрачно крякнул:
— Мы и так знаем, что выжили чудом. Что ты предлагаешь, Родимич?
Я медленно прошелся вдоль камина, давая себе время собрать мысли.
— Первое — найти всех, кто еще жив. Каждого. В подвалах, на чердаках, в дальних домах. Никто не должен остаться в одиночестве перед этой тьмой.
Радослава кивнула, быстро записывая что-то на потрепанном пергаменте.
— Второе — узнать, откуда берется этот проклятый туман и что порождает тени. — Я сжал кулаки, вспоминая, как эта мгла обтекала стены, словно живая. — Они не приходят просто так. Здесь есть закономерность, и мы найдем ее.
В углу комнаты молодая женщина — та самая, что держалась за отца — тихо всхлипнула. Муран тут же подал ей глиняную кружку с чем-то дымящимся.
— И третье... — я сделал паузу, — Нам нужен Источник.
В комнате повисло напряженное молчание. Даже камин будто потух на мгновение.
— Источник мертв, — прошепелявил худой мужчина в рваном кафтане. — Мы пробовали, много раз, но он иссяк, там не осталось и крупицы магии.
— Я знаю, — перебил я. — Но без него у нас нет шансов. Если магия когда-то питала эти земли, значит, ее можно возродить. Нам нужно найти способ.
Слова повисли в воздухе, как вызов. Я видел, как в глазах у собравшихся борются страх и проблески надежды.
Может быть я заблуждаюсь, но я знаю одно – я должен попробовать.
— Завтра на рассвете делимся на группы, — продолжал я, ударяя кулаком по каменной плите камина. — Муран возьмет северные кварталы, Радослава — южные. Я отправляюсь к шахтам.
— Это безумие! — вскочил бородач. — Шахты обрушены, а дорогу к ним уже давно поглотил туман!
— Именно поэтому я пойду туда один, — холодно ответил я. — Но, если кто-то готов рискнуть — добро пожаловать.
В комнате снова воцарилась тишина. Даже ветер за окнами будто замер, прислушиваясь.
— Тогда решено, — я откинулся назад, и тень от пламени легла на стену, очерчивая контуры древнего родового знака Родимичей. — Кто хочет выжить — сражается. Кто хочет сдаться — может уйти сейчас.
Никто не пошевелился.
В углу Елисей тихо спросил:
— А что насчет Артема?
Я замер. Правда была в том, что без него мы теряли сильного бойца. Но правда и в том, что ждать больше не было возможности.
— Если он жив — найдется. Если нет... — я резко встряхнул головой, — Тогда мы почтим его память, выжив. А, если он сбежал, то нас это уже не касается. Это его выбор.
Огонь затрещал, отбрасывая на стены пляшущие тени — будто сами предки Родимичей одобрительно кивали из тьмы.
Завтра начнется настоящая битва. И я был готов пролить кровь за этот проклятый город, который, возможно, стал моим пристанищем.
Мы выдвинулись на рассвете, пока туман еще не успел сгуститься до непроглядной пелены. Муран шел впереди, его массивная фигура отбрасывала длинную тень на выщербленные камни мостовой.
За ним — двое мужчин, которых мы нашли накануне: Горислав, коренастый кузнец с руками, покрытыми шрамами от ожогов, и Светозар, молчаливый охотник с цепким взглядом.
— Шахты за северной стеной, — сказал Горислав, когда мы миновали полуразрушенные ворота. — В старину город звался Яромиром — «хранящий силу земли».
Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Название было древним, почти забытым, но в нем слышался отзвук той мощи, что когда-то питала эти земли.
Шахта оказалась невзрачной — низкий, поросший мхом вход, обрамленный потрескавшимися деревянными балками. Казалось, еще одно неосторожное движение — и свод рухнет, погребя под собой все, что осталось от этого места.
— Туда? — Светозар скептически оглядел темный проход. — Да там и двух шагов не пройти, как все обвалится.
— Тогда не теряем времени, — я шагнул вперед, но Муран резко схватил меня за плечо.
— Ты с ума сошел? Один нелепый звук — и тебя засыплет тоннами камня.
— А если там есть ответы? — я вырвался из его хватки. — Кто-то же должен проверить.
Муран заскрипел зубами, но отступил. — Ладно. Но если услышим обвал — вытаскивать тебя не станем.
Я взял факел и вошел.
Воздух внутри был спертым, пропитанным запахом сырости и древней пыли. Стены шахты, когда-то ровные и крепкие, теперь покрылись трещинами, а кое-где деревянные крепления прогнили насквозь. Я двигался медленно, прислушиваясь к каждому скрипу балок над головой.
И тут — в свете дрожащего пламени — я увидел их.
Кристаллы.
