Не дождавшись ответа, он отправляется вниз. Я немного медлю, и всё же спускаюсь за ним.
Молодой человек возится с высоким шарообразным устройством в центре помещения, и на стенах появляются размытые блики. Постепенно они обретают строгую структуру, и я начинаю различать то, что в действительности похоже на ночное небо над моим домом.
– И часто тебе позволяют находиться здесь одному?
– Один я здесь ещё никогда не был.
Я подхожу чуть ближе, внимательно разглядываю моего собеседника. Ему не больше двадцати пяти. И я точно его видела. Это был он, тогда, в коридоре корпорации.
– Это запрещено, – хмыкает молодой человек. – Включать систему для одной персоны – слишком большие энергозатраты для Города. Но раз уж ребята из ЗОПа не против, почему бы не воспользоваться возможностью?
«Кстати о ЗОПе…» – тянет мой внутренний голос.
– Скажи мне номер твоего счёта, – я достаю эргосум.
– Зачем?
Я поднимаю на него глаза и смотрю с удивлением:
– Я перечислю тебе Средства.
– Мне? За что? – он действительно не понимает, о чём я.
– Как? Ты мне помог. Надо только придумать, какое наименование платежа использовать. Сидела бы сейчас в ЗОПе до выяснения обстоятельств.
– Нечего Вам там делать.
– Это понятно. И всё-таки я хочу заплатить.
– Вам не за что платить.
– Ты обманул ЗОП, чтобы они меня не забрали. Ты мог спокойно уйти, услышав наш с ними диалог. Ты рисковал, причём совершенно безосновательно. Если бы твоя начальница тебя не прикрыла – как бы ты выкрутился?
– Я знаю, что Елена всегда меня прикроет. И ещё я знаю, как ЗОП относится к женщинам. Особенно к таким… как Вы. Вам нельзя оставаться с ними наедине.
– Это мои проблемы, – бормочу я. – И я хочу заплатить тебе за помощь.
– Я помог Вам не для того, чтобы Вы мне за это заплатили, – я даже слышу обиду в его голосе.
Он смотрит на стену в звёздах, потом делает несколько шагов назад, как будто чем дальше он отойдёт, тем лучше разглядит эти золотистые точки. Он пытается сосредоточиться, но я вижу, что он расстроен. Он что, и вправду помог мне просто так?
– Так ты действительно занимаешься… космосом? – задаю я глупый вопрос, и убираю свой эргосум обратно в сумку.
– Да. И раз уж я здесь… – он вытаскивает из кармана… ручку? И пытается, по-видимому, найти в толстовке ещё и блокнот.
Я прищуриваюсь, моргаю, но запрещённые атрибуты никуда не пропадают.
– Что это? – задаю я ещё один глупый вопрос.
– Что? – молодой человек отрывается от блокнота, который он перелистывает пальцами той же руки, в которой держит его, ловит мой взгляд, следует за ним к пишущему устройству, принимается за письмо. – А, это. Ручка, – спокойно отвечает он.
– Я знаю, что это ручка, – шиплю я. – Откуда она у тебя?
– Один человек достал для меня.
– Это запрещено, – возмущаюсь я.
– Да, я знаю. Но мне так удобнее свои размышления фиксировать.
– И ты так спокойно… а если кто-нибудь увидит?
Он поднимает на меня голову:
– И что я потеряю? Возможность наблюдать за звёздами на голограмме?
«Безумец!» – мой внутренний голос возмущается вслед за мной.
Молодой человек снова принимается за записи. Он как будто сравнивает расположение звезд на двух стенках по каким-то только ему видимым параметрам. Постепенно его взгляд опускается всё ниже, губы полуоткрыты, кажется, он даже нашёптывает что-то. Пропала его сдавленная улыбка, которой он как будто извиняется за сам факт своего существования. Увлечённость ему к лицу.
– Что ты делаешь? – спрашиваю я.
– Сравниваю созвездия Рака и Близнецов.
– Зачем?
– У меня задание по работе. Мы делаем мемуары для одной женщины из элиты.
– И причём тут звёзды? Она тоже астроном?
– Нет, конечно, – молодой человек широко улыбается. – Я ищу интересные метафоры для её биографии в той сфере, знаниями в которой обладаю. Она родилась в июне, за месяц до положенного срока: должна была быть Раком, а стала Близнецами. Это очень важно.
– Ага, – бормочу я. – А она знает, на что уходят её Средства?
– Моя начальница сама всё оплачивает по этому проекту.
– Интересно, с чего такие поблажки?
– Елена многим делает поблажки. А Аркадия была близка ей по некоторым взглядам.
– Была?
– К сожалению, она пропала, и не смогла воплотить в жизнь… свой… план, – молодой человек замолкает, и задумывается о чём-то, внимательно разглядывая голограмму. – Елена будет очень довольна, что я уже начал работу, но за ЗОП, мне, конечно, от неё попадёт.
Я несколько раз прогоняю про себя его фразу об Аркадии из элиты, которая пропала, и пытаюсь сформулировать вопрос, но он не получается. Если бы кто-то из элиты пропал, я бы точно об этом знала. Альфа сказала бы мне, что помимо пяти горожанок есть ещё и Зозо.
– Что значит – пропала? – вопрос всё-таки получился.
– Пропала без вести. Как и другие женщины. Только Аркадия исчезла не в Городе. Она поехала в поселение Ы. И после её больше никто не видел.
– Тут какая-то ошибка, – бормочу я.
– Нет, – молодой человек смотрит на меня серьёзно. – Аркадия 1дробь57, пропала без вести в апреле этого года.
– Ты уверен, что эта Аркадия – из элиты? Что ты понимаешь под элитой?
