Я еще раз вздохнула, набираясь смелости, разделась и моментально ощутила дискомфорт, почувствовала себя незащищенной. Слишком незащищенной.
Томас тем временем не отрывал от меня взгляда, от которого хотелось спрятаться. Я снова прикрылась рубашкой, и он нахмурился.
– Что ты делаешь?
– Не хочу, чтобы на меня пялились, – буркнула я.
– Согласен. Тебе лучше одеться, – Томас посмотрел на кого-то через плечо. – Чтобы эти придурки перестали строить тебе глазки. Только я могу смотреть на тебя, смотреть до боли в глазах, мышцах и во всем теле.
Я опустила взгляд, еще больше смущаясь.
– Там глубоко? – сменила я тему.
– Не знаю, никогда не был в этом бассейне. Но скоро проверим. Залезай ко мне на спину, нырнем вместе.
Идея звучала глупо, но отчасти она меня увлекла, потому что я хотела почувствовать Томаса кожей. Я запрыгнула ему на спину, он крепко обхватил мои бедра, а я – его шею.
– Ты в порядке?
– Да, а что?
– Ты дрожишь.
– Э-э-э… Да, просто очень холодно, вот и все, – соврала я.
Мысль о погружении в воду пугала до чертиков, но присутствие Томаса удивительным образом глушило страх.
– Ты не обязана рисковать. Если не хочешь нырять, можем вернуться в гостиную и сыграть в пивной пинг-понг, но предупреждаю: я не поддамся. Или можем вообще пойти домой. Выбирай.
Было приятно слушать, как Томас пытается отвлечь и расслабить меня, а с какой спонтанностью он намекнул, что мы можем уйти с вечеринки вместе, несмотря на то что пришли сюда по отдельности.
– Бассейн так бассейн, но предупреждаю: если ты опустишь меня под воду и дашь утонуть, клянусь, я вернусь к жизни только для того, чтобы набить тебе морду! – пригрозила я, ткнув пальцем в его мускулистое плечо.
Томас извернулся, чтобы посмотреть на меня.
– Хочешь сказать, что у меня наконец-то появился шанс раз и навсегда избавиться от твоего болтливого языка? – он поцокал языком. – Какое искушение…
Я шлепнула его по затылку, и мы расхохотались. Но потом Томас вдруг напрягся.
– Ты бы и дня не протянул без моего болтливого языка, – сказала я. – Ты будешь слишком по мне скучать, я знаю.
Томас ответил не сразу:
– Даже не представляешь, насколько.
Не думала, что услышу такие слова от него.
– Готова?
Я кивнула и зажала нос. Томас рассмеялся, покачал головой, разбежался, и в следующее мгновение мы оказались под водой. Нас разделило, но он поймал меня за руку и вернул на поверхность. У меня сбилось дыхание, и, когда Томас поднял меня на руки, я обхватила его ногами за талию. Он понес меня к мелкой части бассейна, где вода доходила до ключиц.
– Думаю, я только что дал тебе вескую причину ненавидеть меня, – улыбнулся Томас, придвигаясь ко мне ближе.
– Всего одну? Ну-ка, ну-ка, что бы это могло быть?
– У тебя макияж растекся, – хихикнул Томас.
Чертова Тиффани!
Я быстро протерла глаза.
– Все плохо?
– Да, теперь ты похожа на панду, – Томас наклонился и прошептал: – Твои глаза – произведение искусства, не прячь их за ненужными масками.
Большим пальцем правой руки он погладил мою щеку, спустился к подбородку. Я сразу же почувствовала, как по телу разливается тепло, даже под водой.
Боже мой, я должна перестать таять, как медуза на солнце, каждый раз, когда он прикасается ко мне, смотрит на меня, улыбается… или оценивает мои глаза.
Чтобы снять напряжение, я брызнула в Томаса водой, застав его врасплох. Он пригвоздил меня взглядом, полным коварства.
– На твоем месте я бы не стал так делать второй раз.
– Или что?
Глаза Томаса дико сверкнули, и я отступила, но потом приподняла уголок губ и, охваченная внезапной волной смелости, снова брызнула в него.
– Плохой выбор, – процедил он с дьявольской ухмылкой.
Я развернулась, собираясь бежать, но Томас поймал меня за бедра. Задумку его я разгадала и поспешила заткнуть нос. Вовремя. Томас подкинул меня, и я оказалась под водой. Вынырнула, попыталась отдышаться, но почувствовала на плечах его руки, которые окунули меня обратно и тут же помогли выплыть на поверхность. Томас прижал меня спиной к своей груди, а я не могла перестать смеяться.
– Ты сдаешься, маленькая выдра?
– Никогда!
Я снова начала плескаться и брызгать в Томаса, схватила его, попыталась окунуть с головой. Но куда там: он даже не сдвинулся с места, и мы оба расхохотались над моей жалкой попыткой.
Невероятно, но следующие полчаса мы смеялись, шутили и разговаривали обо всем на свете. Обсудили отвратительную еду в столовой: повара так гордились своими блюдами, что даже Томасу не хватало смелости высказать им все. Он поведал, что как-то застал соседа по комнате в ванне с минеральными солями, в окружении свечей и с романтической музыкой на фоне. Я рассмешила Томаса, сымитировав странную речь профессора Скотта – получилось очень близко к оригиналу.
Мне было так хорошо, что я не замечала никого вокруг. Лишь время от времени ловила любопытные взгляды Алекса и Тиффани: казалось, они обсуждают нас с Томасом. Ну и пусть.
