Томас вдруг сел, слегка расставив ноги, поймал мою руку и притянул к себе так, что я оказалась между его ног.
– Ты такая милая… – он обнял меня за талию, прижался лбом к животу. Рубашка чирлидерши мало что прикрывала.
Захотелось тоже обнять его, приласкать, запустить руки ему в волосы.
Томас улыбнулся, касаясь губами моей кожи, а я вздрогнула, потому что тело снова опалил жар. Не в силах сопротивляться, я зажмурилась, когда он медленно поцеловал мой живот. Потом еще раз. И еще…
Его руки скользнули под юбку, жадно сжали мои ягодицы и потянули, заставляя сесть к нему на колени. Мы ударились лбами – электрический разряд пробежал по моей спине. Я крепче схватила его за волосы, а он прижал мой таз к своему паху. Я застонала, опьяненная прикосновениями этого измученного парня. Он мой наркотик, я не могу устоять.
– Ты не отдушина, – прошептал он и поцеловал мою шею, затуманивая разум контрастом теплого языка и прохладного пирсинга.
Наше дыхание участилось, я готова была взорваться от возбуждения, но, когда мы соприкоснулись языками, почувствовала запах алкоголя, и это вырвало меня из черной дыры, в которую я собиралась упасть.
– Томас, остановись… – я положила руки ему на грудь и оттолкнула.
Его расширенные зрачки наполнились горечью и разочарованием.
– Черт, – он потер лоб, будто осознав ошибку.
Я встала и поправила юбку.
– Ничего страшного. Ты не в себе.
С тяжким вздохом он зарылся лицом в мой живот и сжал кулаки у меня за спиной. Он выглядел сломленным, был похож на потерянного ребенка. Видеть его в таком состоянии было больно.
– Что с тобой, Томас?
– Я в трауре, Несс. И в этом моя вина.
Кровь застыла в жилах. Я взяла ладонями его лицо и подняла, чтобы посмотреть в глаза.
– Что ты сказал?
– Ничего. Иди домой.
Томас упал на кровать и мгновенно погрузился в сон.
Я была в шоке. Что, черт возьми, он имел в виду?
Всю ночь я не могла уснуть: думала о словах Томаса, о его грустных глазах, о том, как отчаянно он удерживал меня в своих объятиях. Не знаю, что было хуже: неясный смысл его слов или осознание того, что мне нужны его прикосновения.
Я смотрела на его мускулистое и беспомощное тело, всматривалась в идеальное лицо. Так хотелось прилечь рядом, погладить растрепанные волосы, упавшие ему на лоб.
В какой-то момент я поддалась порыву: коснулась его лба, скользнула рукой по щеке, подбородку и большим пальцем замерла на губах. В подсознании что-то щелкнуло – и я поцеловала Томаса. В тот же момент поняла, насколько же соскучилась по нему и какую ошибку совершаю.
После того как я покинула его комнату, мне открылась пугающая правда: Томас проник в мою душу и при всем желании я его оттуда не изгоню.
Когда прозвенел будильник, я уже не спала. Несколько часов перед этим провела, пялясь в потолок и касаясь губ, все еще ощущая поцелуй. Глубоко вздохнув, я отправилась в душ. Там меня почему-то ждала ледяная вода.
– Мама! – крикнула я, надеясь, что она еще дома.
Из душа пришлось выйти. Стуча зубами и замотавшись в полотенце, я поспешила вниз. На кухне увидела записку на холодильнике: «Бойлер сломался, я позвонила технику, он приедет днем. Будь дома к пяти часам».
Проклятие!
Я скомкала записку, выбросила ее в мусор и вернулась к себе, чтобы одеться. Перед шкафом вдруг зависла: руки тянулись к обычной, серой, по словам Тиффани, одежде, но я передумала. Посмотрев в зеркало, я вдруг почувствовала себя привлекательной.
В итоге выбрала узкую юбку кофейного цвета: она была мне чуть выше колен и идеально облегала ягодицы. Вместо привычного мешковатого свитера я надела блузку, оставив пару пуговиц расстегнутыми.
В университет я поехала на машине Томаса. Нужно было вернуть ему ключи, а заодно проверить, как он там.
В общежитии я столкнулась с Мэттом.
– Привет, Несси! Как дела?
– Привет, Мэтт. В моей жизни привычный бардак. А у тебя?
– Отлично, как всегда, – он самодовольно улыбнулся. – Что с тобой случилось?
– Котел в доме сломался, и я не смогла принять душ. Мама на работе, а я без машины и без горячей воды.
– Старый добрый закон Мерфи, – спокойно ответил Мэтт, доставая из кармана куртки пачку мятных конфет.
– Что за закон?
– Если что-то может пойти не так, оно пойдет не так.
Он подбросил конфету и поймал ее ртом.
– Ах да, вспомнила…
– Вчера Томас не хотел выходить из паба, я не смог на него повлиять. Надеюсь, это не доставило тебе проблем?
– Он раздражал, но катастрофы не произошло.
– Прости, не следовало брать его туда в таком состоянии.
Я положила руку Мэтту на грудь.
– Погоди, так он был пьян еще до того, как вы приехали в «Марси»?
– Да.
– И часто он пьет? – я нахмурилась.
– Что?
Я покачала головой и прижала к груди книги, которые держала в руках.
– Мы студенты, Несси. Так бывает.
– Мэтт, вы, конечно, студенты, но, надеюсь, мозги у вас остались. Алкоголем можно поднять настроение, но лишь на короткое время, а пить слишком много и часто – глупо, вредно и неправильно. Неужели вы не понимаете?
Он стыдливо отвернулся.
– Извини, я не сержусь на тебя, просто мне неприятно видеть Томаса таким, – призналась я.
Мэтт провел рукой по затылку.
