Продолжая улыбаться, толкаю дверь и войдя во внутрь замираю. Я не знаю, что я чувствую в этот момент и что вообще можно почувствовать, увидев такое, когда твой любимый муж, мужчина все твоей жизни занимается любовью на столе с другой. Красивую яркую брюнетку. Работницу его отеля, про которую он мне много раз рассказывал, фотографировался на макетах с ней, но я никогда не ревновала. Я доверяла, безоговорочно доверяла ему, как себе, судя по себе, ведь мне и в голову не могло прийти изменить ему.
****************
Глава 11
ТАЯ
Снежный уехал, а я сидела на кухне допивая остывший кофе, давно остывший. На кухню вошла старшая дочь, под её глазами залегли синяки.
- Мама, ты вообще спала?
Я устало махнула рукой.
- Ложись!
- Я слышала, как Оля про аборт сказала! Мама, я аборт делать не буду! Что там с папой?
Я молчала. О Богдане никаких известий не было.
- Мама, почему, Оля так говорит про него? Это же наш отец!
Я ещё отпила холодный остывший кофе. Вроде можно подогреть, но он уже, как прежде не будет и я это прекрасно понимала. В отношениях также, подгореть вроде можно, только вкус уже не тот будет, совсем не тот. Оля всегда не любила Богдана, как и мои родные, всегда задавала мне один и тот же вопрос про клушу, а я и есть и была клушей, в отношениях с Богданом и прекрасно это понимала.
- Ты так и будешь сидеть, как клуша?
Оля раздражённо посмотрела на меня и плеснула себе ещё вина. А мне ничего не оставалось делать сидеть, как клуше, потому что я и чувствовала себя клушей никому не нужной. Одной клушей у которой ничего не складывается. Я всю жизнь знала что он не любил меня такой дикой безумной любовью, как любил свою первую девушку Женю. Про неё я тоже знала, её подруги даже побить меня хотели, но она остановила, мол что трогать малолетку, я же их на пять лет моложе. Неужели у Богдана в сорок кризис среднего возраста начался? А может и раньше он мне изменял только я не замечала. Правда клуша, как Оля меня назвала. Она никогда его не любила, грубый, за то что сидел он в своё время и родители и сестра плохо относились. У меня же всё по другому, у меня интеллигентная семья профессоров, это у Богдана голь перекатная. Поэтому наши с ним отношения всерьёз и не воспринимал никто, думали расстанемся быстро, а то что вместе девятнадцать лет проведём, даже не думал никто. С Богданом никогда так не было, чтобы он на меня смотрел страстно чтобы с ума сходил и поэтому я рот закрыла на большой амбарный замок, а ключ от него выбросила. С родными не делилась, знала, как они относятся к нему, всё надеялась что в нём что-то поменяется, что его приступы нежности чаще будут, что счастливы мы будем, но этого всего всё не происходило.
- Мама!
Устало подняла глаза на Алину, уже скоро я стану бабушкой, а готова ли я к этому в тридцать пять лет или нет, меня никто не спросил.
- Иди спать, Алина! – тихо произнесла я. – Никаких абортов! Воспитаем! Обещаю тебе! Ложись!
ДМИТРИЙ
Кирилл и его сестрёнка отправились на поиски Богдана, моего братика, а я курил за столом, понимая что только что лишил жизни девчонку у которой в животе был ребёнок, а ещё у меня в заложниках женщина с сыном. Хорошего мне ничего не светило, но меня гложила одна мысль, уничтожить его, стереть с лица земли, сделать так чтобы он на коленях умолял меня, только я прекрасно понимал что Женя что она любят его и выберут всегда его, а ни меня, как бы хреново мне не было. Воспоминания всё сильнее накрывали с головой, я вспоминал нашу последнюю встречу с Женей с которой прожил столько лет. Интересно что есть такого в моём брате что нет во мне….
- Мне надо уехать!
Женя бесстрастно смотрит на меня. Она не смотрит телевизор, не включает новости, ни лазает по соц сетям если это с отелем не связано, а так бы знала что её любимый человек, что её мужчина лежит в коме и уже оттуда точно не выберется. Возможно и меня она скоро не увидит.
Буду ли я по ней скучать? По её красивым тёмным волосам в тугой хвост на макушке собранным, по бесстрастному выражению лица, узким красивым скулам и стройной фигуре? Я не знал, но думал что да. Столько лет рядом, но, как приложение. Она меня даже всерьёз то походу не воспринимала всё по брату моему с ума сходила, любила его до одури. С ума сходила, и плакала ночами в подушку. А только ему наплевать, он давно её забыл и она это прекрасно знала. Только смириться всё с этим не могла, от боли выла, но держалась.
- Женя, я уезжаю!
Так сухо и так правда. А смысл молчать? В молчании не было правды, была лишь одна ложь. Женя молчала всю жизнь, а я всю жизнь её любил, понимая что отчаянно жду своего финала, когда полюбит меня и поймёт, как это важно знать что тебя любят. Может и поймёт, да вот только с каждым днём поздно становилось.
- Куда?
Даже не ожидал от неё такого вопроса, обычно когда уезжал, она меня никогда не спрашивала, ей всё равно было, куда с кем и зачем. Ей ничего не было интересно, а тут даже на меня глаза свои карие подняла.
- По делам в Питер!
Лицо Жени резко поменялось. Конечно Питер. Это он. У неё всё с ним ассоциировалось.
- Зачем?
