Подобная отсталость в сфере материальной культуры заведомо предвещала поражение русской армии, предотвратить которое невозможно было даже ценой бесчисленных потерь. Одновременно с этим центральный государственный аппарат оказался не в состоянии справиться с затруднениями, которые война вызвала внутри страны. В больших городах наблюдалась серьезная нехватка продовольствия. Правительство не подготовилось к войне и не знало, как совладать с экономическими проблемами. Поэтому еще до революции огромное недовольство охватило все народные слои. Аристократия продемонстрировала полную неспособность вывести государство из гибельного положения, в котором оно оказалось вследствие тяжелой и продолжительной войны. Психическое возбуждение масс, вызванное описанным положением, привело к восстанию, а затем и к революции, положившей конец российскому абсолютизму и династии.
К сожалению, русская революция перешла границы исторически необходимого: ее судьба оказалась в руках политической партии, которая интересы России и русского народа поставила на последнее место, а на первое — задачу разжечь пожар мировой революции при помощи революции русской. России в этом пожаре отводилась роль фитиля, который, позволив распалить огонь, сам обратился бы в пепел. Большевистские вожди хорошо знали, что ожидает Россию после их экспериментов, но их это нисколько не заботило.
Возникает вопрос: почему русский народ на первом этапе революции не задержался на демократических позициях; почему не стал выстраивать свою жизнь в демократическом духе? Ответ дает русская история.
Прежний режим разделил народ на две части: правящее меньшинство, которое представляло собой дворянско-помещичье сословие, и большинство — притесняемый и эксплуатируемый многомиллионный народ. Значимого улучшения положения народа не произошло даже после отмены крепостного права и барщины, потому что массы не получили каких-либо политических прав. Только под давлением жизненной необходимости, бунтов и восстаний бывшее правительство шло на уступки и предоставляло народу хотя бы минимальные политические свободы, однако это отступление никого не удовлетворяло. Вторая половина XIX века прошла в России под знаком жестокой борьбы между народом и самодержцами, которых поддерживала дворянско-помещичья группа. Одновременно весь государственный аппарат, закостенелый в своем архаичном устаревшем облике, все больше утрачивал связь с реальной жизнью. Тем не менее прогресс Западной Европы не мог не оказать влияние на Россию. Масса тем больше ненавидела режим, чем очевидней становились его пороки. Дворянство и бюрократия наслаждались своими правами и привилегиями, стремясь в культурном отношении догнать развитые государства Западной Европы. За блеском поверхностной культуры правящих сословий мир не замечал, как влачат убогое существование народные массы. С течением времени все глубже и непреодолимей становилась пропасть между правящими кругами и притесняемым народом. По обе стороны этой пропасти люди жили изолированно друг от друга. Были навсегда утрачены связи между ними, исчезли взаимопонимание и стремление к согласию. Так старая Россия приближалась к своему концу.
Коммунистические вожди использовали эту ситуацию в своих интересах, с легкостью превратив народные массы в слепое орудие. С его помощью они укрепили собственные позиции и осуществили ряд социальных экспериментов, которые погубили Россию.
Как и следовало ожидать, большевистская отрава действовала недолго. Народные массы вскоре поняли, что не имеют политических свобод, и они бы свергли большевистское правительство, если бы не последовали попытки реставрации. Деникин, Колчак, Врангель и другие вынудили народ даже у большевиков искать защиту от непрошеных освободителей, а это лишь дополнительно укрепило позиции советского правительства. Однако военные успехи большевиков не принесли ожидаемых ими результатов. Причиной тому — бесчисленные ошибки в области политики и экономики, которые стремительно и потихоньку[804] ведут Россию к материальной и моральной гибели, предотвратить которую способно установление демократии и упразднение диктатуры партии.
Приверженцы русской демократии, которым одинаково претят идеология и практика абсолютизма, с одной стороны, и режим коммунистической диктатуры, с другой, уверены, что все-таки возобладает идея демократии и Россия в недалеком будущем займет свое место в ряду свободных европейских государств, на которое имеет право в силу своих духовных и материальных богатств. Эти богатства, усердие народа и его здравый смысл помогут России быстро залечить свои раны, возродить экономику и встать на путь подлинного прогресса.