На самом деле нет. Я боюсь это услышать, боюсь узнать подробности, потому что тогда эта история еще сильнее оживет в моей фантазии. И все же я подталкиваю мужа к правде. Пусть больно, но лучше узнать все и сейчас, чем дозированно, растягивая боль до бесконечности.
— Рассказывай.
— Зимой, на одном из корпоративов…
Блин, ну вот так я и знала. Все беды от этих сраных корпоративов. Прям классика жанра.
— На каком именно? — нас много куда приглашали, и не всегда мы там появлялись вместе. И как выяснилось - зря. — И почему меня там не было?
— Ты ездила с детьми на экскурсию.
О, да, было такое. Поездка с классом в другой город, на программу «В гости к сказке». Помню, мне очень понравилось. Дети были в восторге, сопровождающие взрослые – тоже. Мы и на хаски катались, и малиновый чай с баранками пили, и в снежный бой играли. Отлично провели время. Причем не только мы, муж, оказывается, тоже не скучал.
— Ммм, а ты быстрей поскакал по бабам? Воспользовался глотком свободы?
— Да нет же. Там один из мужиков пришел с молодой женой, а та, в свою очередь, подругу притащила. Всю такую из себя нежную и загадочную, — кисло проговорил он.
— И Прохоров, эрудит хренов, побежал ее разгадывать? Конечно, кто, если ты не ты…
— Я никуда не побежал. Я даже не понял, как это вышло. Слово за слово, взгляды какие-то, немного крепкого, — он опустил взгляд и надрывно втянул воздух в легкие, — у меня будто мозги отключились.
— Ну, милый, так бывает, когда нижняя голова контроль перехватывает, — понимающе произнесла я и, заметив, что он собирается что-то добавить, подняла руки в предупреждающем жесте, — без подробностей, пожалуйста. Мне не интересно, как и в каких позах проходила ваша случка. Дальше.
— А что дальше? — Глеб уныло повел плечами. — Дальше я пришел в себя. Офигел, пересрался. Нашел контакты этой девки, встретился, чтобы сказать, что это было недоразумение. Она вроде даже поняла – кивала, соглашалась, заверяла, что сама не знает, как же такое случилось. После этой встречи пропала с радаров, и я даже вроде как успокоился, решил, что это урок на будущее, что надо сделать выводы и идти дальше. Беречь самое главное - семью…
— Давай без лирики, — я его перебила, — что потом?
— Потом она объявилась: почти через четыре месяца и со справкой о беременности. И все сроки, чтобы как-то на это повлиять, были уже упущены.
Молодец, девочка. Все строго по учебнику. Дай, спрячься, предъяви.
— И дальше я уже думал только о том, как сохранить все в секрете. С ней не общался, хотя она пыталась навязчиво лезть. Что-то лепетала о любви, сладком будущем и прочую ересь. На это я подробно объяснил, куда она может идти, но…
— Но за яйца она тебя уже прихватила и отпускать не собиралась, — сочувственно закончила я. — Бедный. Бедный Глеб… А знаешь… я тебе верю. Действительно верю. Ни один мужик не идет налево с целью обзавестись потомством от не пойми кого. Вам же как, фейерверк новых ощущений подавай, неизведанную письку, но чтобы без последствий. Чтобы никто ни о чем не узнал, и продолжали за ушком чесать. Побочные дети в эту картину никаким боком не вписываются, да? И ты так хотел, но не вышло. Что тут можно сказать… Лох – это судьба, товарищ Прохоров.
— Я ничего не хотел…
— Бедолага. Напоили и изнасиловали. Да?
— Ты со мной говоришь, как с дебилом.
— А на что ты рассчитывал? На понимание и поддержку? Прости, что напоминаю очевидные вещи, но я тебе не мама, чтобы все с рук спускать. Чтобы ты пришел такой весь побитый жизнью, несчастный, глаза в пол, и сказал «извини», а я такая вздохнула, погладила тебя по голове и со слезами умиления: «Ну что уж теперь. Бывает. Иди отдыхай, горе ты мое луковое, а я тебе пока супчик сварю». Я — сука, Глеб. Но ты, кажется, совсем расслабился и забыл об этом.
Супчик блин… Была бы у меня сейчас кастрюля супа, я бы на голову бы ему ее вывернула.
Он криво с надрывом усмехнулся:
— За это и люблю.
Угу, любит он… Так любит, так любит, что теперь у меня дыра в груди размером с кулак, и как ее заштопать, я не представляю.
— Ладно. Поехали дальше. Я правильно поняла, что ты всеми силами пытался спрятать свой постыдный секрет и платил Ольге за молчание?
— Да. Думал, откуплюсь, — признался Глеб с совершенно удрученным видом.
Я вспомнила, как выглядела Ольга в нашу с ней памятную встречу. Явно после дорогого салона, шмотки брендовые, украшения тоже.
— И сколько ты тратил на нее? На сумочки, колечки и прочее.
Он набычился:
— Я не считал. Четыре месяца ее не было на горизонте, соответственно и не тратил ничего. Потом она нарисовалась и понеслось. В первый месяц скромно. Тысяч пятьдесят, наверное. На анализы.
Капец. Просто капец. Скромно! Да у некоторых зарплата меньше!
Блин, вот точно я не тем по жизни занимаюсь. Надо было такого же женатого лоха ловить и доить его до посинения.
— Потом аппетиты сильно возросли, — угрюмо продолжил Глеб. — и в последний раз она заявила, что ей нужна квартира.