- Неверный вопрос. Правильно спросить: зачем это нужно Игорю Глушневу. Судя по тому, как он подложил свою любовницу под моего мужа, ему известны ваши принципы. И то, что вы бы соскочили с совместного бизнеса, распадись сейчас моя семья. И то, что мой отец не вывез бы все самостоятельно и постарался бы продать все за бесценок лишь бы отдать долги. Готовая, современная, большая клиника за крохотные такие денежки. Просто прелесть.
- Давно Игорь и эта прос… Евгения вместе? - Ящер больше не пытается испепелить меня взглядом. Он сам превратился в пепел - посерел и высох.
- Как минимум неделю. Семь дней назад я видела его с Женей в магазине очень дорогого и очень развратного нижнего белья.
- Значит давно. Никто не станет дарить бабе подарки просто так, сейчас же не восьмое марта.
Ооо, узнаю породу Савранских. Один в один со свои сыном. Им это в базовых настройках прошили или как? Этот небось тоже ждёт первое мая, чтобы вручить бедной свекрови сковородку по акции.
Давид Ааронович барабанит пальцами по столу, а я добиваю, пользуясь его слабостью.
- Интересно, как много успел узнать о вас Глушнев? Вы конечно безгрешны, но при желании можно подкопаться даже к святому. А если не получится, то хотя бы вот, отравить сыр, который начальник так любит.
Я киваю на тарелку с двумя кусочками курута, все остальное свекр успел уничтожить. Савранский уже не просто серый, по цвету он больше похож на лягушку, такой же зеленый и в крапинку.
Быстро и как-то брезгливо он отодвигает блюдце в сторону и хватает в руки планшет.
Включает и продолжает смотреть дальше. Там ничего особенного, осталось секунд тридцать видео, как вдруг в кабинете раздается веселая мелодия.
- Кто такой Роберт В. Вайде?
- Роберт Б. Уайди, - в ужасе шепчу я. - Режиссер. Известный.
- И зачем здесь его имя? - Давид Ааронович поворачивает планшет ко мне, но я и так знаю, что там. Чёрный экран и надпись на английском: срежиссировано Робертом Б. Уайдли. - Это старый мем… то есть прикол, который употребляют если что-то пошло не так, если кто-то налажал.
Брови свекра задумчиво изогнулись как две скобки:
- Насть, а ты не думала отдать его в армию?
- Был, - пискнула я, - не помогло. Давид Ааронович, выключайте, пожалуйста.
- Да нет, интересно досмотреть до конца.
- Там больше ничего не будет, это просто картинка и проигрыш.
И именно на этих словах планшет хрюкнул и из его нутра раздалась знакомая с детства песня: «Мамочка, милая, мама моя. Как хорошо, что ты есть у меня…»
Любимая песня сына, которой он всякий раз доводил меня до слез. Худой, нескладный, с острыми как у Буратино коленками, он пел всякий раз, когда я грозила выпороть тощую задницу ремнём. Эх, надо было не песни слушать, а все таки воспитывать засранца.
- Может его женить?
- Обязательно, - киваю я. - сначала убью, а потом женю. Ладно, Давид Ааронович, вы тут думайте, изучайте, решайте, что к чему. Пищу для размышлений я дала, а дальше уж как-нибудь сами.
И боком, боком, так чтобы меня не успели схватить цепки пальцы старика, протиснулась к выходу.
Уже в коридоре, закрывая дверь, я смогла расслышать голос Никиты:
«Маман! Пока ты стоишь в пробке, нервничаешь и пересматриваешь это видео, я порадую тебя смешными роликами про котят. Вот мой личный топ…»
Бооооже, нет. Я все-таки его выпорю! Не посмотрю на возраст и рост, достану розги, и… Боже...
Это был очень дерьмовый день, и, чтобы хоть немного сбить с себя пот, усталость и невроз, закончить его я планировал так: вкусный ужин, вкусный разговор, вкусная женщина. Но когда вернулся домой, понял, что здесь пахнет духами.
В смысле только духами и пахнет.
Сладкими, цветочными, с чем-то карамельным или шоколадным – хер разберешь. Единственное, что я учуял сразу: это не мясо и даже не фаршированный судак бабушки Сары.
- Жень, есть хочу страшно, - крикнул вглубь кухни, скидывая с себя ботинки.
Вопреки ожиданиям, Женя показалась не из кухни. Нет. Из ванной выплыло невероятное существо. Беленькая, напомаженная, в кружевном халатике, пояс которого стягивал тонкую талию так сильно, что ее можно было обхватить пальцами, Женя походила на куколку со свадебного торта.
Так бы и сожрал. Потому что ничего другого в доме съесть нельзя.
- Я тоже голодна. – Она привстала на носочки и, обвив меня руками, постаралась поцеловать в губы, но я отвернулся. Не люблю такие яркие ароматы, а Женечка зачем-то вылила на себя пол флакона. – Ты чего кривишься, плохой день?
- Отвратительный, - пробурчал я.
- Сейчас он станет лучше. Я сделаю свекольный смузи, фолиевая кислота и витамин В быстро снимут стресс.
Я недоверчиво посмотрел на девчонку. Она сейчас серьезно? В конце концов, Женя врач, не Бог весть какой, но диплом же она как-то получала? Или нет? Когда я слушал очередную херню о том, как витамин С сделает из меня бессмертного Горца, начинал сомневаться, что Евгения хоть раз посещала университет.
