Что за вопросы такие? О чем он вообще говорит? Вообще, я и правда чувствую в последнее время какой-то дискомфорт в теле. Однако я считала, что это нервное. Ведь столько всего произошло в последние недели! Голова кругом! Немудрено, что из-за этого, может, ухудшиться самочувствие.
— Да, — сглотнула я нервно, — я чувствовала себя не очень. Но у меня очень сложный период в жизни. Много нервничаю. И вот результат: в обморок упала.
— То что упали, это, конечно, плохо, — серьезно покачал головой врач, — но дело тут совсем не в нервах.
— А в чем же?
— Беременны вы, — он улыбнулся, — срок — один месяц. Потому вы так остро на все реагируете. И самочувствие тоже отсюда же.
— Я… беременна? — Пробормотала я.
В этот самый момент окружающая действительность просто схлопнулась для меня. Это ж что получается? Я беременна от Кирилла. Забеременела, как раз когда моя жизнь, семья, отношения — все рухнуло.
Я почувствовала как жесткий ком разочарования, ком досады подбирается к горлу. Как обида скрежещет в груди. Как щиплет от слез глаза.
— Ну что же вы так? — Удивился врач, — это же чудесная новость! Вы беременны, а ваш муж с вами. Кстати, он ждет в приемном покое. Хочет увидеться с вами.
— Нет, — сказала я жестко, переборов ком в горле, — не позволяйте ему войти.
— Почему? — Врач удивился еще сильнее.
— Я не хочу его видеть.
Мужчина нахмурился. Опустил взгляд.
— Я все слышал, — за спиной врача внезапно раздался голос Кирилла.
Врач обернулся. Я тоже посмотрела на выход из палаты. Там, в дверном проеме стоял Кирилл.
— Все слышал, — повторил он, — ты беременна, любимая.
Глава 28
— Сразу видно, — обернулся доктор, — что вы отец ребенка. Мы тоже не сразу вас заметили.
Кирилл не ответил. Он стоял, внимательно смотря на меня.
— Ладно, — немного растерянно сказал врач, — я, пожалуй, пойду. Оставлю вас наедине.
— Нет, — проговорила я торопливо, — прошу, не уходите. Не оставляйте меня наедине с этим человеком!
Мне было неприятно видеть Кирилла. Просто до тошноты неприятно. Я совершенно не хотела с ним общаться. И новость о беременности, о том, что я ношу в себе ребенка этого подлого изменщика, просто растоптала меня. А ведь я думала, что хуже уже быть ничего не может, но жизнь загнала меня в окончательный тупик. Что же делать? Я просто не понимала.
Тем не менее я знал, что я точно делать не хочу: разговаривать Кириллом.
— Нет, доктор, — сказал Кирилл холодным голосом, — вам лучше уйти.
— Да, конечно, — пожал плечами пожилой врач, — не смею задерживать ,если вы хотите поговорить с супругой.
— Прошу! Не пускайте его сюда! — Продолжала я, — я не хочу с ним разговаривать! Просто не хочу.
— Успокойтесь, прошу вас, — улыбнулся врач добродушно, — это же отец вашего ребенка. Все будет хорошо.
С этими словами доктор удалился. А вот Кирилл, подождав, пока пожилой медик уйдет, закрыл дверь в палату. Медленно пошел ко мне.
Когда он сел на край моей постели, я поджала ноги. Я просто не хотела даже прикасаться к этому человеку. Даже через больничный плед, что укрывал меня. Мне было мерзко.
— Интересно получается, — вздохнул он.
— Ничего не интересно. Прошу. Уйди. Оставь меня в покое, — выпалила я, — просто исчезни из моей жизни!
— Ну, — он ухмыльнулся, — часть меня теперь навсегда останется в твоей жизни, если, конечно, ты не решишь сделать аборт.
Аборт. От этого его слова у меня аж мурашки побежали по всему телу. В душе неприятно засвербило. Мысль о таких вещах сама по себе была неприятна мне. И сейчас, когда в жизни полно других проблем, я даже и думать об этом не хотела. Мне становилось еще дурнее от таких мыслей.
— Уйди. Я не собираюсь с тобой ничего обсуждать.
— Слушай, Алиса, — вздохнул он, — прекрати ломать комедию. Теперь ты все равно никуда от меня не денешься. Ребенок свяжет нас крепко. В конце-концов, растить мы его будем на мои деньги, преимущественно. Ведь ему нужно будет все самое лучшее, когда он родится. А мне нужна будешь ты. Так что давай договоримся так: у нас один-один. Ты изменила мне, я тебе. Все. Поигрались и забыли. Давай продолжим вить наше милое семейное гнездышко. Ведь скоро нас будет двое.
— Прошу, уйди. Иначе я вызову полицию прямо сюда, в больницу.
— Ну и что ты им скажешь? — Рассмеялся он, — я твой муж. Ничего противозаконного не делаю.
— Ты меня просто мучаешь. Ты довел меня, — сказала я жестко, — беременную твоим ребенком до нервного срыва на работе.
— Ну, — он пожал плечами, — я не знал, что ты беременна.
— А зачем все это было? Кабинет? Кадровые перестановки, чтобы завалить меня чужими обязанностями.
— Тебя нужно было наставить на верный путь. Ты ведь, — он потянулся ко мне рукой, чтобы тронуть щеку, — у меня упертая, как овечка.
— Не трожь меня! — Я отбила его руку, — не прикасайся!
Прижавшись к спинке кровати, я поджала ноги. Посмотрела на него исподлобья.
Кирилл вздохнул. Поджал губы. Коротко закивал.
— Ты проиграешь. Некуда тебе деваться, Алиса. Ты вернешься.
— Никогда. Я подала иск на развод! А когда ребенок родится, — сказала я и к горлу подступили слезы, которые я с трудом смогла унять, — алименты твои мне будут не нужны! Не волнуйся!
