Я поправив прядь волос ушла на кухню. Букет был поистине красивым, нежные розовые розы, столько много и все такие красивые. Захотелось улыбаться. Ещё больше захотелось жить. Я осторожно взяла в руки белого медвежонка и погладила его. Вспомнила глаза Генки, когда то они были синие, как море, а теперь серые стальные, другие. Столько лет отсидел.
– Кто такой Гена?
Я вздрогнула, обернулась. Позади стоял Гунченко. Он что ревнует? Смешно. Цирк на выезде.
– Родион, не пытайся строить из себя ревнивого мужа, тебе не идёт! – спокойно произнесла я ставя цветы в красивую вазу.
Моя любимая ваза. Когда-то Родион дарил мне цветы, а я их ставила в неё и подолгу любовалась. Помню подруга Полина задала вопрос, почему Родька перестал тебе цветы дарить. Нет бы уже обратить внимание на этот тревожный звоночек, но я решила что нам перевалило за тридцать и он просто успокоился, а дело было в другом.
– Ты значит спишь с другими мужиками, а я должен денег на лечение тебе давать!
Я села на кухонный диванчик. Денег на лечение…Я всегда очень много работала. Потом правда осела дома, но понимала что пора вернуться к работе. Инесса Марковна всегда губы поджимала, да так брезгливо.
– Родя, Клара маникюрщица, что это за профессия!
А когда фирма Родиона переживала не лучшие времена, кормил мой маникюр. Во все времена, женщины будут женщинами и делать маникюр. Красивые и ухоженные руки это визитная карточка любой светской и обычной женщины.
Чистоплюи ели и не подавились, а сейчас всё пошло не так.
– Я сплю с другими мужиками?
Лицо Родиона пошло красными пятнами, понял что сморозил глупость.
– А кто тогда такой Гена?
– Гена Жемчужный, моя первая любовь, я никогда не скрывала его, рассказывала тебе! – спокойно произнесла я.
Родион тут же поменялся в лице. Налил в стакан себе воду из графина, я видела, как дрожат его руки.
– Ты хочешь сказать что владелец нашей фирмы твой уголовник?
Я вздохнула.
– Если тебе нравится называть его то да так, всё верно!
Он усмехнулся.
– В следующем месяце мы с отцом выиграем тендер и посмотрим куда полетит твой Гена!
Я спокойно смотрела на него. Как я раньше не замечала, сколько злости и желчи в Родионе, как он похож на свою маму. Где только мои глаза были… Надеюсь Лёшка и Ксюша другие будут, ни в отца.
– Ты всё сказал? Если всё, прости, Родя, я очень устала, мне с утра к врачу!
Я встала, как Родион схватил меня за руку. Больно.
– Отпусти!
– Ты что решила к нему уйти потому что у него деньги есть?
– Потому что он мужчина и никогда в тяжелой ситуации не бросит, а я его бросила к сожалению ради тебя и сейчас очень жалею! Об одном не жалею, что таких прекрасных детей родила, а больше…Дело ни в деньгах, мужик либо мужик, либо никто…
Оглушительная звонкая пощёчина заставила меня пошатнуться. Я схватилась за лицо, такого я точно знала, я ему никогда не прощу. Ни за что.
С самого утра у меня уже были готовы чемоданы. Гунченко не замечая уехал на работу, а я осторожно выставила всё в коридор. Ксюша и Лёша с самого утра уже были готовы со мной.
– Всем доброе утро!
Вышедшая в коридор, Инесса Марковна заморгала.
– Это что?
– Мы уходим! – серьёзно ответила Ксюша. – Папа вчера ударил маму!
Инесса Марковна вновь заморгала.
– Клара что происходит! Вы интеллигентные люди! Детей сюда вмешивать? Клара, пошли завтракать! Лёшенька, я твои любимые блинчики спеку, с клубничным вареньем!
Лёша насупился.
– Я у бабушки Маши поем!
Инесса Марковна всплеснула руками.
– Клара ты к алкашам детей повезёшь?
– Перестаньте! – резко произнесла я. – Ваш муж когда напивается, бил вас прямо в ресторане, ни при детях сказано, а вы с его другом танцевали и потом на столе! Я помню ваш юбилей! Лёш бери сумку, внизу такси подождём, а Родиону передайте с детьми он сможет видеться, но списывать себя со счетов и отправлять моих детей ещё при живой матери, я не дам!
Мы вышли в коридор. Что тут началось. Интеллигентная Инесса Марковна выдавала такие виражи что сантехник Иваныч бы поаплодировал ей бы стоя. Мне вслед неслись и угрозы и проклятия, и органы опеки и ПДН, чего только не было.
Только в такси, прижимая к себе Генин букет, я поймала взгляд Ксюши.
– Мама он шикарен! Всё будет хорошо, мы тебя не оставим!
Я вздрогнула сжимая её руку, а внутри сжималась бы боль. Господи ради детей, дай мне прожить подольше, я прошу, я очень тебя прошу…
Мама мрачно смотрела на меня.
– Ты почему к бабке поехала, а ни к нам?
Я покосилась на шатающуюся Марину. Прекрасно и куда я приведу детей….
– Мама, ты хочешь упасть на работе? Андрей почему не работает? А эта! Она на что пьёт!
Мама махнула рукой.
– Марина мне, как дочь и ты это прекрасно знаешь! А он какую-то лярву городскую нашёл!
Мама затянулась сигаретным дымом, а мне так противно стало. Ни про анализы ничего не спросила. Боль сдавила так резко, что мне стало тяжело дышать, я отодвинула от себя тарелку. Опять эта боль. Завтра разговор с врачом, хочет предложить какой-то экспериментальный препарат, а где я денег возьму. Родион всё подчеркнул кто я.
– Привет Клара!
