Изабель кивнула. Она явно была расстроена, но не напирала. И когда она ушла, Элоди снова отвернулась к окну.
К карете подошел мужчина в черном пальто и шляпе. Джеймс. Ему не обязательно было поворачиваться, потому что она бы узнала его со спины и в профиль, в темноте и с любого расстояния. Она бы узнала его всегда.
Но он всё-таки повернулся, глядя через плечо и наверх. Их взгляды встретились. Элоди вздрогнула, как будто что-то пробудилось в ней, когда он на нее посмотрел. В его глазах застыла странная смесь сожаления, вины и обиды, и она почувствовала, что, наверное, нужно что-то сказать ему на прощание. Но окна не пропустят звук, да и Джеймс отвернулся через пару мгновений.
Когда он забрался в карету, ей показалось, что ее сердце ушло вместе с ним.
Но она должна запретить себе это чувствовать. Напомнить себе, что Джеймс изменщик, и она не должна по нему страдать. Вместо этого ей предстояло выбрать себе мужа из нескольких оставшихся холостяков, все еще дремлющих в северном крыле.
Мысль о том, что ее мужем станет кто-то, кроме Джеймса, вызывала в ней отвращение. Но это пройдет, Элоди верила в это. Возможно, всё это и к лучшему. По крайней мере, выйди она замуж за другого, ей не о чем будет переживать.
Ей будет плевать, напивается ли ее муж, справляет ли нужду в чашу для пунша и заводит ли любовниц. Без сомнения, чем меньше времени они будут проводить вместе, тем счастливее она будет.
О да, всё к лучшему.
В конце концов, Фиона, Оливия и Мюриэль точно в таком же положении, и ничего. Хотя, брак Мюриэль начинался очень многообещающе, и она подавала все признаки того, что любит мужа. Возможно, для младшей из сестер Буршье еще есть шанс. А вот для старшей всё кончено.
В дверь снова постучали, и Элоди тяжело вздохнула, стараясь унять раздражение.
— Бель, я устала!
— Леди Элоди, это я, — раздался приглушенный голос с той стороны. — Это леди Девон.
Элоди встрепенулась. Сердце ударилось о ребра с глухим звуком.
Леди Девон?
Искушение послать эту блудницу к черту казалось невероятно сильным. Желание выскочить и выдрать ей волосы было еще сильнее.
Но в итоге победило болезненное любопытство — Элоди и правда хотелось послушать, что скажет ей эта женщина, которая кувыркалась в постели с ее женихом. Конечно, у всего сказанного не будет смысла, но какая разница? Смысла и так больше нет ни в чем.
— Войдите.
Дверь открылась, и леди Девон вошла — робкая, будто горничная. Ее глаза были опущены в пол, но взгляд время от времени всё равно поднимался на Элоди.
Она была одета по последней моде, в утреннее платье светло-зеленого цвета. Ее волосы были уложены в причудливый узор. Однако лицо леди Девон выглядело уставшим и серым, будто та не спала всю ночь. Возможно, так и было.
Элоди вдруг показалась себе неуместной. Сама она всё еще была в ночной рубашке, а ее локоны рассыпались по спине диким клубком. Она тоже почти не спала. Ее веки болели, опухшие и покрасневшие от слез.
— Доброе утро, леди Девон, — чуть хрипло сказала она. — Чему обязана удовольствием видеть вас?
Как будто она не знала. Как будто не знала леди Девон.
Женщина виновато поджала губы.
— Леди Элоди, я пришла в надежде объясниться с вами. Вчера вечером всё было вовсе не тем, чем могло показаться…
Элоди подняла руку, чувствуя свою власть.
— Вам нечего объяснять.
Глаза леди Девон загорелись, и она подалась вперед.
— Извините, но учитывая поспешное отбытие лорда Рочфорда, я думаю, что всё-таки есть.
Элоди приподняла одну бровь. Что ж, пусть объясняет, если правда верит, что это уместно в такой ситуации.
Она жестом призвала леди Девон продолжать.
— В первую очередь я хочу вас уверить, что у нас с виконтом не было никакой связи…
Элоди не удержалась и фыркнула. Ну конечно! Люди ведь просто так прыгают друг к другу в постель.
— Это правда! — настаивала леди Девон. — Но я пришла в его комнату, потому что была уверена, что виконт хочет… углубить наше знакомство.
Какой отвратительный способ сказать, что он жаждал с ней переспать.
— Видите ли, — продолжила леди Девон, — меня убедили, что он заинтересован мной! И я получила приглашение в его покои, которое, как я полагала, было написано им.
В обычных обстоятельствах Элоди возмутилась бы таким разговорам, но сейчас ей было всё равно. Она была настолько мертва внутри, что даже не могла покраснеть от смущения.
— Вы полагали, что приглашение написал виконт, но он уверил вас, что это не так? — спросила Элоди, наблюдая, как леди Девон достает какие-то бумаги из складок своих юбок. — Милорд может быть очень убедительным…
Элоди испытала это на себе.
Какой же он бессовестный, боже правый! Водить за нос сразу несколько женщин…
— С вашего позволения, — ответила леди Девон, — я склонна думать, что виконт прав. Нас одурачили.
Она протянула Элоди две смятые записки.
— Что это?
— Одна из них якобы от виконта для меня, а другая — ему от вас.
Ему от нее? Но Элоди ничего не писала.
— Откуда это у вас, леди Девон?
Может, это какая уловка? Очередная игра Джеймса?
