Видит Бог, он хотел подождать до свадьбы, но Элоди взяла дело в свои нежные руки, и у него не осталось сил сопротивляться. Единственный срыв, о котором он ни разу не пожалел.
А недавно она написала ему, что у нее задержка. Конечно, она утверждала, что это связано лишь с волнением перед свадьбой, но чутье Джеймса подсказывало правду — она уже носила его ребенка.
Этого малыша, — неважно, мальчика или девочку, — придется объявить рожденным раньше времени, когда он появится на свет. Будет еще один скандал. Ну и пусть! Джеймс собирался стать отцом, а на остальное ему было решительно наплевать.
— Пора ехать, — объявил виконт своим братьям и невесткам, взглянув на часы.
Элоди и ее сестры наверняка уже направляются в церковь.
Было адом позволять ей жить у Изабель и Генри последние несколько дней, но они должны были сохранить хотя бы видимость приличий. Конечно, их помолвка свела на нет большую часть ущерба, нанесенного ее репутации, но всегда будут те, кто шепчется за их спинами.
Их история была слишком скандальной, чтобы забыть о ней просто так. Однако были в этом и некоторые преимущества. Виконту и виконтессе Рочфорд отныне можно не бояться поверхностных знакомств — люди, которые откроют им свои двери, сделают это по доброй воле и из искренних побуждений, а не потому, что так велят приличия.
Удивительное дело, но только отбросив эти самые приличия, они наконец-то смогли стать счастливыми.
В церковь направились три экипажа, способные вместить большую семью. Сара взяла с собой бекон, завернутый в салфетку. Уилл с ухмылкой помогал ей наслаждаться едой, а Джеймс смотрел на это с радостью, которая не давала ему покоя. Как же он хотел, чтобы они с Элоди были похожи на них…
Часовня была заполнена лишь наполовину, когда он прибыл туда — пригласили только родню и самых близких друзей. Сначала Джеймс переживал, что Элоди расстроится, ведь он искренне верил, что она достойна самой пышной и роскошной свадьбы в Англии, но она заверила его, что скромное торжество будет даже лучше.
— Главное, чтобы быстрее, — сказала она тогда.
Желание его невесты было свято, и он приложил все усилия, чтобы они смогли обвенчаться еще до наступления Рождества.
И теперь она стояла рядом с ним, улыбаясь и держа его за руку, и ни он, ни она не слушали старого священника, который бубнил что-то про святость брака и всё такое прочее, о чем они и так уже прекрасно знали.
Элоди была чудесна. Самая красивая невеста в мире. Она выбрала платье цвета слоновой кости и такого же оттенка вуаль, а в руках сжимала розовые и белые розы — ее любимые. Ее улыбка могла соперничать с солнцем в своей яркости, ослепительности.
Все сестры Буршье были здесь, за исключение Оливии. В своей доброте Элоди предприняла попытку примириться с ней, направив приглашение, но та отказалась, и будь Джеймс проклят, если не был этому рад.
На самом деле он надеялся, что эта женщина навсегда исчезла из их жизни. Он пытался найти в себе великодушие, но так и не смог. За некоторые вещи не полагается прощения, не так ли?
И всё же его сердце печалилось, ведь из-за этой размолвки грустила Элоди. Если со временем они с Оливией придут к пониманию, то и ему придется ее принять… Оставалось только молиться, что этого не произойдет еще как можно дольше.
— Объявляю вас мужем и женой! — провозгласил священник.
Сердце Джеймса подпрыгнуло от радости, и он крепко поцеловал Элоди перед Богом, друзьями и семьей. Затем они вышли из церкви под радостные крики небольшой толпы и забрались в экипаж, украшенный цветами.
Им предстояло вернуться в Рочфорд-хаус, где будет подаваться свадебный завтрак — щедрый, к удовольствию Сары и Сэма.
Элоди сжала его руку, когда они двинулись в путь.
— Вы счастливы, милорд Рочфорд? — спросила она, улыбаясь.
— Очень, моя виконтесса…
Он наклонился и прижался губами к ее губам, пока открытый экипаж катился через Мейфэр, и проходящие мимо люди, без сомнения, глазели на них. Но его это не волновало, и он был уверен, что ее тоже.
Джеймс притянул жену к себе на колени с намерением целовать ее на глазах у всего Лондона, если они того пожалеют. И пусть все знают, что она его, а он — ее. Наконец-то у него было всё, за что стоит бороться. Даже если эта предстоящая борьба и будет с самим собой.
БОНУС 18+ (расширенный эпилог)
В коридоре было тихо, когда Элоди выскользнула из комнаты. Семья и слуги спали, и редкие бра на стенах освещали ей путь. Но даже если бы вокруг царила кромешная тьма, она бы всё равно нашла дорогу. Ей нужно было к Джеймсу.
Если он думает, что она с ним закончила, то он глубоко заблуждается. Элоди только начала.
Она искренне не понимала, что именно заставляло его противиться их общим желаниям. Он хотел ее! Она это видела, чувствовала, не совсем же она дура. И она тоже хотела его — это было ее мечтой, стать наконец-то единственной женщиной в его постели.
