По-видимому, это было не так, иначе Брайони, Ли и Радж не стали бы так стремительно убегать из музыкального центра.
Брайони сидела рядом за мной и крепко сжимала мои пальцы. Я решила, что это отличительная черта старичков.
– Как ты себя чувствуешь, Кэлли?
Ее темно-кофейные глаза всмотрелись в мое лицо.
– Нормально.
Я осторожно высвободила руку.
Радж забросил руку на спинку водительского сиденья и повернулся к нам.
– Точно? Вид у тебя немного бледный.
– Угу, она кажется бледноватой, – поддержал его Ли, – по сравнению с нами.
Он улыбнулся мне в зеркало заднего вида.
Мне не удалось ответно улыбнуться. Я снова повернулась к окну. Мои мысли все еще занимал Блейк.
Когда мы выехали на магистраль, так и не услышав воя сирен, все шумно выдохнули и расслабились.
– Куда теперь? – спросил Радж.
«Спроси их про Эмму».
Это снова подала голос Хелена. Я чувствовала, как она зла из-за того, что я не убила Хэррисона. Может, мне удастся хоть что-то узнать про ее внучку?
– Радж, ты не встречался с арендатором, которая называла бы себя Эммой?
– Так звали ее донора?
– Да.
– Вроде нет.
– Ну, вот видишь! – Брайони обратилась ко мне, но говорила таким громким голосом, чтобы парни ее услышали. – Когда ты в прошлый раз меня спрашивала, я сказала тебе, что парни тоже ее не будут знать.
– Ты уверен? – спросила я у Раджа. – Высокая блондинка. Вот, у меня есть ее фото.
Я вытащила свой мобильник и показала им.
– С удовольствием познакомился бы, – ответил он. – Но – не-а.
– А ты, Ли?
Я повернула мобильник к нему.
Он посмотрел в зеркало заднего вида и покачал головой.
– Ну, я попыталась, – сказала я главным образом для Хелены.
«Спасибо».
Судя по голосу, она благодарила меня искренне, но была очень разочарована.
Какое-то время мы колесили по городу. Мне показалось странным, что им не захотелось узнать, почему я спрашивала их про Эмму.
Брайони прижала пальцы к вискам и застонала.
– Что случилось? – спросила я.
– У меня начались ужасные головные боли. Раньше никогда не было. По-моему, это из-за имплантированного в тело донора чипа. – Она перестала растирать виски и откинула голову на спинку сиденья. – А у тебя они бывают? – поинтересовалась она.
– Нет, – соврала я. – У меня никаких проблем нет.
Когда пришло время расставаться, я попросила, чтобы они высадили меня неподалеку от дома Мэдисон.
– Пока!
Я вышла из машины – и они уехали.
Я посмотрела на особняк Мэдисон. Я чувствовала себя слишком усталой, чтобы заходить туда и встречаться с ней. Когда я уезжала отсюда после звонка Блейку, я просто выскользнула из боковой двери. Это было не слишком вежливо, но я спешила.
Я повернулась и пошла к своей машине.
Дома я лежала на кровати Хелены и, глядя вверх, на шелковый полог, думала о том, в какой отвратительной ситуации я оказалась. Сейчас Блейк сидит в самолете, летящем в Вашингтон, а его дед объясняет ему, что на самом деле я старуха, арендовавшая молодое тело.
Он больше не захочет со мной встречаться. И кто бы стал его в этом винить? Но даже если бы он знал всю правду – что на самом деле внутри моего тела находилась я сама, – я очень сомневаюсь, что он простил бы меня за то, что я врала и притворялась богатой, когда на самом деле я беспризорница.
Я смяла простыню в кулаках. В эту историю я влипла из-за того, что просто попыталась обеспечить Тайлеру нормальную жизнь.
Тайлер!
Чем я смогу ему помочь, если Хелена не ошиблась насчет банка тел? Наверное, я никаких денег от них не увижу. Хелена предложила заплатить мне больше и обеспечить мне дом.
Если я убью Хэррисона.
Я люблю брата и хочу, чтобы он был в безопасности и тепле, чтобы он был здоров. Но убийства я не признавала, даже без учета того, что жертвой должен был стать дедушка Блейка и сенатор. Я – новичок, а не наемный убийца. Я не знала, что мне думать о Хелене. Что из сказанного ею было правдой? Я понимала, что она хочет отомстить за смерть Эммы, но в наше время бесследно исчезает множество подростков. Некоторые из них погибают. Неужели в этом действительно виноват банк тел?
Хотя сенатор Хэррисон ведь упомянул Тинненбома!..
Я резко села в постели. Сенатора разозлила мысль о том, что меня мог прислать Тинненбом. Если Хелена права и сенатор собирается уговорить президента заключить какое-то соглашение между банком тел и правительством, то с чего ему было так волноваться из-за того, что меня мог прислать Тинненбом? Чтобы я сделала что? Сорвала соглашение?
«Кэлли!»
Я напряглась. Зазвучавший у меня в голове голос Хелены меня удивил. Она не разговаривала со мной с того момента, как мы вернулись домой.
– Чего?
«Почему ты заключила договор с «Целями»?»
– У меня брат болен.
«Мне очень жаль. – Она помолчала. – И у вас нет бабушки или дедушки».
– Да.
«Так это ему ты хотела тогда передать деньги. Через твоего друга».
– Совершенно верно.
«Мне хотелось бы, чтобы нам можно было перевезти его сюда, но это было бы опрометчиво. Но я обязательно что-нибудь для вас сделаю».
Я молчала, желая услышать продолжение.
«Пройди к моему туалетному столику и открой нижний ящик».
Я вылезла из постели и, прошлепав босиком к антикварному туалетному столику, выдвинула нижний ящик.
