Да, душой Билли уже давно был «его», а вот принадлежать ему телом, только предстояло. Впрочем, то же самое, предстояло и Тому. И он знал, что это обязательно произойдет, рано или поздно. А сейчас, он понимал, что еще чуть-чуть – и они оба кончат.
– Малыш… Сейчас? – коснулся он губами уха Билли, обдавая его хриплым горячим шепотом.
– Да… да, сейчас…
Отпустив его, взмокшего и растрепанно-нежного, слегка растерянного от сумасшедших ощущений, Том присел рядом, взяв пакетик с презервативом. И Билл, истекающий желанием, готовый к сексу как никогда раньше, ласкал взглядом своего любимого мальчика, ощупывая его обнаженное тело, и прикоснулся пальцами к еще не совсем сошедшей ссадине на колене, невольно зашипел, вспомнив, как оно выглядело пару недель назад. Том ободряюще улыбнулся:
– Все окей, уже зажило, не болит.
Билли сглотнул, а Том, пытающийся спокойно и ровно дышать Том, надев презерватив, чувствовал все усиливающуюся дрожь. Он так боялся того, чтобы это волнение не переросло в панику. Сосредоточенно сведя брови, он склонился к Биллу, ловя его такое же неровное дыхание, поцеловал и, коснувшись его языка своим, прошептал:
– Я буду осторожен… не буду спешить, а ты, если что – останови меня, ладно? Если будет слишком… ты об этом скажешь? Пообещай, малыш!
Билл растроганно улыбнулся.
«Он переживает. Обо мне…»
– Да, Томми… Я обещаю… – Билл сжимал его затылок и коротко кивал.
– Окей… – выдохнуть и попытаться улыбнуться.
А потом он снова опустился между ног Билла, который сейчас накрыл ладонью член, подтянув мошонку и распахнутыми глазами, со зрачками во всю радужку, смотрел и ждал. И Том, еще раз коснувшись пальцами, на которых оставалась смазка, его промежности и широко раздвинув свои колени, пристраивая их под бедра Билла, провел членом между ягодиц, как бы примеряясь…
«Все, поехали», – мелькнуло в голове совсем не к месту, и он осторожно двинулся навстречу Биллу.
Несколько следующих минут были непростыми для них обоих, когда Тома разрывало от ЕГО боли, от его белых костяшек на руках, вцепившихся в плед, раздувающихся тонких ноздрей, от закушенной почти до крови губы, откинутой головы, глухого стона и скатившейся по виску слезы… И так хотелось прекратить все это! Отпустить его колени, которые поддерживал, лечь рядом, и, прижав к себе, целовать, успокаивая. Но было еще и другое желание. Безумное желание обладать. Им. До головокружения, до боли в паху… Это было сильнее Тома. И еще он понимал, что это сумасшедшее, безудержное, дикое желание и для Билла было намного сильнее боли, которую он сейчас принимал.
Жажда секса. Жажда пойти до конца и почувствовать все то, что он может дать. Том знал – как бы сейчас Билли не было больно, он не остановит его. Не захочет. Не сможет.
И когда Том, сходивший с ума от этого невыносимо болезненного желания, наконец, вошел в застонавшего Билла полностью, то остановился, понимая, что это необходимо сейчас им обоим. Бережно отпустив его колени, Том склонился, вытер его мокрый лоб ладонью и смотрел в распахнутые глаза, в которых сейчас еще плескалась боль… И не понимал, как до сих пор сердце еще не разорвалось от такого накала смешавшихся между собой чувств.
– Все, малыш, все… Скоро больно не будет, – и склонился к жадным губам, когда рука Билла притянула его к себе.
– Я знаю… все хорошо… – дрожащий, хриплый шепот и ладони, оглаживающие напряженные плечи.
Не отрываясь от губ Билли, Том осторожно возобновил движение, он понимал, что поцелуем немного отвлекает его от боли, которой все равно не избежать. И он был прав – действуя наугад, интуитивно, он поступал так, как было нужно. Может, просто потому, что поразительно сильно чувствовал состояние своего любимого. И двигался, все явственнее понимая, что двигается он уже не один…
Когда это вдруг хлестнуло по мозгу, Тома чуть не разодрало от нахлынувших эмоций, ведь это уже означало, что его парню все это начало приносить не только боль. Это легкое движение Билла навстречу было реакцией тела на то, к чему они оба так стремились. Том оторвался от его губ, всматриваясь в подернутые дымкой все усиливающегося экстаза глаза, и невольно начал улыбаться, и видел, как его улыбку отзеркалили нежные искусанные от боли губы Билла. Самое сложное было позади.
Через несколько минут Том снова был на коленях между бедер Билла, и двигался в нем очень плавно, не позволяя себе потерять контроль, боясь сорваться на резкие и глубокие толчки.
Да, хотелось сильно, резко и глубоко. И это было очень естественное желание. Но сейчас для Билла это было бы слишком болезненно. Том это понимал, поэтому и сдерживался, как бы трудно ему ни было.
И уже давно не было сил смотреть друг на друга, они погрузились каждый вглубь себя, вглубь своих ощущений, накрывших плотным одеялом, отгораживающим от остального мира, и даже от собственного сознания на несколько невероятно сладких мгновений. Но даже сейчас по краю проходила мысль:
«С ним!!! Я с ним… Как же долго я хотел!»
