- Чудо ты мое, - протянул Том, и Билл, тая от нежности, поцеловал Тома в уголок пересохших губ, прошептав:
- Спасибо.
«Мое… МОЕ!» - Стучало в сознании. Билли был так благодарен Тому.
Он так хотел принадлежать ЕМУ.
Только ЕМУ.
А Том и не сомневался, что он будет первым у Билла.
Даже, несмотря на то, что никогда в жизни ему не делали такого ошеломляющего минета, он верил, что Билл не лжет. Почему-то это было очень важно для Тома - верить. Может быть потому, что его успокаивал тот факт, что на это они пойдут впервые вместе. А может, и по другой причине…
- Не сомневаюсь, - прошептал Том и прижался лбом к виску Билла.
А тот взял руку Тома и переместил ее со своей груди ниже, под боксеры, на пах. Туда, где концентрировалось желание, где его член буквально истекал им. Билл откинул голову, закрыл глаза и тихонько зашипел от прикосновений не своих пальцев.
Его пах был гладко выбрит, и это было непривычно для Тома, когда он сравнивал с собой, но именно эта разница добавляла Тому остроты ощущений. Многие девушки, с которыми он спал, так же предпочитали гладкую кожу на лобке, но обычно эта деталь не оказывала на него такого убойного эффекта. А с Биллом… С ним все было за гранью привычного.
Том аккуратно ласкал горячий член Билла, удерживая колотящееся где-то в районе горла сердце, тяжело сглатывая и чувствуя, как тонкие пальцы подушечками едва-едва касались его двигающейся кисти, то ли, боясь пропустить какое-то движение, то ли направляя. Том следил за ним, вглядываясь в обрамленное черной копной волос лицо, в его выражение, в то, как Билли кусает губы, как сводит брови, жмурится, откидывая голову и выгибаясь, открывает влажную шею с кадыком, ходившим под тонкой кожей. Видел, как пульсируют вздувшиеся вены на ней, слышал его тяжелое дыхание и давил в себе такое же желание втягивать воздух сквозь зубы, и просто любовался, видя, как подрагивают длинные ресницы, к которым хотелось прижаться губами. Эти косточки на ключицах, напряженные бусинки сосков - ничего красивее и желаннее Том в жизни не видел.
Осторожно поцеловал плечо, провел языком по ямочке у ключицы, глянул на безволосую складочку подмышки, которая выглядела так интимно, так трогательно, как у ребенка. И Том коснулся ее губами, слыша, как дыхание партнера начинает прерываться, осторожно поласкал языком, ощутив вкус свежего пота в смеси с парфюмом. Это оказалось неожиданно приятно, этот вкус возбуждал. Этот запах, который был связан с образом Билла с самых первых минут их знакомства, кружил голову. А ощущение упругой, истекающей смазкой плоти в своей ладони просто погружало Тома в пучину наслаждения, лишь оттого, что он дарил ласку.
Дарил, ощущая каждой клеточкой своего существа, как Уильяма прет от этого. И чувствуя, как кружится голова, опустившись губами по груди, прикоснулся губами к его соску, очень нежно, так, что Билл замер, боясь спугнуть эту проявляющуюся в Томе чувственность. А Том просто делал то, что хотел: поласкав затвердевший сосок языком, он несильно прикусил его, вызвав этим стон, и отпустил. А потом продолжил свой путь губами по выступающим ребрам, вздрагивающему животу, сталкивая одеяло все ниже. И через пару секунд сел, раскрывая полностью, без предисловий сдернул с него боксеры, швырнув их куда-то в сторону, и замер, глядя на обнаженного парня, смущенного под его прямым пристальным взглядом. Том, как завороженный, смотрел на красивые длинные разведенные ноги, на подрагивающий возбужденный член приличного размера и, заметив, как тонкие пальцы рядом с его бедром комкают простынь, понял, что Билл нервничает.
Перевел взгляд на его лицо, встретившись с темными, затуманенными глазами, почему-то казавшимися влажными. В них отражалось столько эмоций - волнение, нежность, желание, страсть - что Том не выдержал и потянулся к его приоткрытым губам.
И снова нахлынувшее сумасшествие, безумные ласки до изнеможения, шепот, больше похожий на бред, стоны от невыносимой нежности и подаренный друг другу оргазм.
Конечно же, Биллу очень хотелось, чтобы Том ласкал его более раскованно, более откровенно, но он отдавал себе отчет, что даже то, что происходит сейчас – уже огромный шаг вперед. И поэтому безумно радовался каждому движению навстречу, надеясь, вернее, не сомневаясь, что, со временем, Том и сам захочет большего. И научится быть чувственным и нежным. С ним.
Нет, не так… не научится. Билл понимал, что Том, как любовник - внимательный, чувственный, нежный, каким-то необъяснимым образом он это знал с первой их встречи. Просто Том еще не был с ним до конца расслаблен, не полностью позволял себе раскрыться. Ну, а от того, что он уже делал, рвало крышу, Билл задыхался от прикосновений его рук, от поцелуев, от ощущения обнаженного тела и тепла кожи. Просто потому, что так долго об этом мечтал. Том был с ним. Том его ласкал. Это было восхитительно. Нереально. И Билли принимал и отдавал. И отдавал так, что Том забывал, где находится.
