— Сегодня, — ответил тот. — Я уже все дела сделал, завещание на сестру оформил, больше ничто не держит. Вернусь домой и умру там, в своем кресле. И если все получится, уже совсем скоро я снова стану молодым, на этот раз без отката.
Сурок широко улыбнулся, и в этот момент я тоже все для себя решил.
Выйдя из комнаты свиданий и расплатившись по дороге с завхозом (отдал ему сразу сто штук, на него и на ментов — не знаю, как он с ними договорился, это его дела), я, не торопясь, шел по направлению к бараку, обдумывая, услышанное от Сурка. Да, я действительно все для себя решил: попробую свалить в свою молодость. Если это обман, и я просто умру, ну, значит, так тому и быть. Ничего хорошего от старости я не ждал и никакой радости для себя в ней не видел. Скорее всего, я все равно умру на зоне, просто потому, что не хочу умирать на воле — одиноким, никому не нужным дедом. Лучше уж здесь, где я что-то значу, где со мной считаются, так какая разница: через пять, десять лет или сегодня? Что мне дадут эти несколько оставшихся лет? — Ничего, кроме еще большей слабости и новых болезней, оно мне надо?
А если я не умру, просто сгорит прибор, значит, не умрет и Сурок. Значит, не все пока будет потеряно, а там посмотрим. В любом случае путешествия в прошлое больше не казались мне таким захватывающим приключением, оказывается, приедается даже такое, особенно после того, как я завалил Калину с Тако. Кстати, все тогда у меня прошло чисто, хотя шухер среди блатных был серьезный, искали долго, несколько человек, на которых падало подозрение, даже серьезно покалечили. Не то чтобы кража общака была таким уж неслыханным событием, периодически общаки таки грабили, всегда те, кто считался своим. Правда, обычно, рано или поздно покусившиеся на общее все же палились: кто сболтнет по-пьяни лепшему кенту, или бабе похвалится, кто деньгами светанет, каких у него быть не должно. Но в этот раз никого не нашли, я ведь до сих пор те деньги не все потратил. Только после очередной ходки стал потихоньку тягать оттуда, да часть бабок подарил Маргарите, чтобы она смогла расплатиться за кредит — мне не жалко, деньги для вора — ветер. А часть так еще и лежала, Рита их на даче у себя перепрятала. Ну и ладно, когда до нее дойдет весточка о моей смерти, найдет на что их потратить. Подумал даже написать ей об этом, но не стал: пусть все будет, как будет. Но двойное убийство, совершенное мной просто так, без особого повода, лишь потому, что могу, на самом деле отвернуло меня от путешествий в прошлое. Я начал чудить, и кто его знает, на что меня потянет в следующий раз? Я стал побаиваться самого себя.
А дойдя до отряда, узнал, что Нечай загремел в БУР и, более того, ему теперь грозит новый срок. Этот долбоящер дал по роже куму, прикиньте? Как бы ему теперь на крытку[1] не загреметь! Похоже, и у него от всех этих наших путешествий крышу сорвало. Я позвал старшего отрядного шныря, и тот рассказал мне, как было дело.
Короче, не знаю уж, зачем кум с отрядом прапоров-контролеров приперся в отряд, наверное, опять очередной шмон. А Нечай в это время спокойно спал, что куму не понравилось, и тот решил разбудить его путем срывания одеяла. Ошалевший и плохо соображающий спросонья Нечай вскочил и, ни слова не говоря, врезал куму в нос.
— Не знаю, — рассказывал шнырь, — сломал он ему носопырку или нет, но кровища из носа брызнула, сам видел. Как думаешь, Пастор, что теперь Нечаю будет?
— Свали, — коротко ответил я и схватился за голову. Да что ж такое-то, а? Как же это не вовремя! Шнырь тихонько прикрыл дверь с той стороны, а я задумался и, покумекав, понял, что действовать надо быстро.
Когда надо, я человек очень креативный, хотя в остальное время лентяй лентяем. Я встал и первым делом отправился в санчасть, где, выцепив нужного санитара, а по сути — главврача, попросил его достать телефон из нычки. Тот молча ушел и через пять минут вернулся, протянув мне прибор, завернутый в тряпку. Я также молча хлопнул его по плечу и ушел.
В отряде я велел шнырю открыть каптерку, где хранились личные вещи, и достал из своего рюкзака новые ботинки, сшитые мне на сапожке[2] по спецзаказу. Не знаю, что меня тогда торкнуло, не иначе — чуйка моя легендарная сработала, но заказал я себе ботинки на чуть более толстой подошве, внутри одной из которых был сделан специальный вырез как раз под известный вам смартфон. Как знал, что понадобится!
Я осторожно с помощью ложки открыл плотно подогнанную подошву на жестком каркасе и, положив в углубление смартфон, обмотанный тряпкой, вновь плотно ее защелкнул. Карта памяти из параллельного мира была заранее засунута в кожаный чехол телефона. Долго, конечно, в такой обуви не походишь, обязательно или подошва через какое-то время отвалится, или, несмотря на жесткий каркас, телефон сломается, но на то, что я задумал, много времени не потребуется.