В три часа дня дятел по имени Кирилл стал тормошить меня и вынуждать спуститься вниз в ресторан. Я зевала и не открывала глаза, только бессвязно бурчала, что ещё десять минут и я буду готова. Волосы высохли как им заблагорассудилось, поэтому я была слегка кудрявой. А платье в пол добавило образу чудаковатости. Кирилл переоделся в светлые и тонкие брюки и такую же рубашку и выглядел до ужаса довольным. Я даже засомневалась, спал ли он или работал.
Мы прогулялись до ресторана. Я не лезла в меню. Просто рассматривала немного колорита с примесью европейской культуры.
— Вечером можем выбрать поинтереснее место, — предложил Кирилл, а я кивнула.
Вместе с солнцем, которое было более близким, у меня внутри нашёлся давно потерянный дзен, и я даже ленилась говорить. Поэтому Кирилл взял на себя роль гида, и после обеда с традиционными сладостями на десерт мы отправились на большой базар. Я не особый любитель таких мест, но атмосфера сделала меня другой. У меня блестели глаза при виде расписанных сводов и интересных мелочей, которые лежали на прилавках, а вот Кирилл с таким бешеным энтузиазмом торговался, что я вообще перестала удивляться, как он построил свой бизнес.
Выйдя с территории базара, Кирилл провёл через несколько улочек, чтобы оказаться в большом бутике ювелирных изделий.
— Ева, дай руку, надо браслет померить, — сказал Кирилл, не сразу перейдя на русский. Я так расслабилась, что протянула ладонь, и мне на запястье легла змейка из золота и белых камней. От браслета тянулась тонкая цепочка к среднему пальцу, на конце которой было изящное кольцо. Мне понравилось.
— Подходит? — спросила я, сдувая со лба прядь волос. — Снимаю?
— Зачем, тебе очень идёт. Давай ещё что-нибудь выберем…
Я замерла, не в силах проронить и слова. Но, совладав с собой, со своим солнечным настроением, которое кричало во все горло, что сейчас можно, сейчас правильно и нужно немного поступиться принципами хорошей девочки и пожить для себя, я выдавила:
— Мне ничего не нужно, — я протянула руку к Кириллу и попросила: — Сними.
В глазах цвета первородной тьмы мелькнуло адское пламя. Так ярко и отчётливо, что меня обожгло им. Опалило всю кожу.
— Ева… — медленно выдохнул Кирилл, явно борясь со своим взрывным характером. — Не мешай мужику тратить бабки, а просто ткни пальцем, что тебе здесь нравится.
Мне стало стыдно. Кровь прилила к лицу, и почти уверена, оно сравнялось цветом с моими волосами. Я из-под ресниц смотрела, как напрягался Кирилл, как его оскорбило, наверно, мое заявление.
— Ты же не думаешь, что пара побрякушек заставят меня превратиться в мудака и через час заорать тебе, что раз заплатил, то давай раздвигай ноги? — тихо спросил Кирилл. А я взяла и сказала правду.
— Но ты уже так делал.
Проблески совести не мелькнули в глазах Кирилла, а вот раздражение и немного усталости — да.
— Черт, — Кирилл зажал пальцами переносицу и прикрыл глаза. — Рыжая, как с тобой сложно. Мы же обсудили, что ни хрена я не собираюсь тебя деньгами вынудить спать со мной. Так почему, когда остановились на модели отношений, где логично, что мужик дарит подарки, ухаживает, заботится, ты просто не можешь взять и сказать: «Спасибо, Кир, я ещё вот то кольцо хочу?».
— Потому что я не хочу. Потому что это один из способов манипуляции…
— Ой, затрахала! — рявкнул Кирилл и обратился к продавцу, что-то быстро-быстро говоря на турецком и английском. Но я все рвано на могла уловить сути. А улавливала в себе почти обиду. А ещё не понимала, что тормозит меня. Столько лет я не была избалована подарками от супруга, так почему сейчас, когда рядом мужчина, который может это дать, я стою и выеживаюсь? Почему я не могу хотя бы на сутки стать Лялей с ее любовью к жизни, к чувствам, к мужчинам. Зачем я все усложняю?
— Извини… — вот именно сейчас, когда чувство обиды на саму себя вскипело в крови, я почти решила, что время заплакать, но сдержалась. И коснулась плеча Кирилла. Он вздрогнул и посмотрел искоса на меня. Я рискнула и сделала ещё шаг, чтобы встать рядом. — Это только моя проблема, что я не умею быть девочкой. Не твоя.
Кирилл молчал, а бедный продавец пошевелиться боялся, чтобы не спугнуть затишье.
— Мне очень нравится твой выбор, — слова приходилось выдавливать из себя по капле.
— Тогда доведи до идеала и собери полный комплект — без тени эмоций, словно не убедила, сказал Кирилл, и я поняла, что если и сейчас начну отказываться, то…
— Нет, — покачала я головой. — Хочу подвеску с сапфиром в виде звезды и к ней кафф и пусеты.
Вот теперь Кирилл расслабился и предложил мне помочь с выбором подарка для жены партнёра и его дочки шести лет. И только спустя час мы присели отдохнуть в одном из уютных ресторанов, вновь вернувшись на базар. Я пила горячий чёрный чай и снова пачкалась сладостями, а Кирилл курил кальян и лениво что-то печатал на планшете.
