Прошел день, второй и неделя, я не смогла ничего придумать. Паша показал свое истинное лицо, он был агрессивным, аморальным и жестоким подонком. Мерзкий шакал. Со мной обращался, как со своей собственностью. Я не могла так запросто отдать свои деньги. Хотя… ведь они заработаны нечестно. Да что говорить, я их украла. Сначала украла банковские деньги, затем нечестным путем взяла десять миллионов на передаче, ведомая лишь своим тщеславием и звездной болезнью. Деньги не принесли мне счастья, а наоборот, легли на меня тяжелым грузом. С момента их появления я потеряла душевный покой. Перестала спокойно спать по ночам, вздрагивая от каждого шороха, преследуемая мыслями: вдруг меня уже ищут, вдруг меня кто-то видел? А если окружающие увидят, что живу не по средствам – не подсчитают ли, не догадаются, не донесут? А сколько я пережила из-за этих денег! Предательство отца, шантаж Кости, покушения Геры… А теперь вот еще вышла замуж за маньяка. Все, черт с ним, завтра же пойду и подам на развод, а там посмотрим. Выпив приличную порцию коньяка, я позвонила Мише. По его тону я поняла, что он обижен.
– Да, Вика.
– Милый, привет. Мне нужна твоя помощь, я в беде.
– Я слушаю тебя – начальственный тон полковника. Я ему рассказала все. Слушая себя, понимала, что все это больше похоже на бред, но мне больше неоткуда ждать помощи. Михаил выслушав меня, с минуту молчал. Наконец, грозно произнес: – А ты не говорила мне, что с кем-то встречаешься. Не ожидал. Ты хочешь сказать, что не знала о регистрации и о брачном контракте?
– Нет. Ты мне веришь?
– Интересный вопрос, – Он помолчал еще с минуту и сухо произнес. – Я все проверю и позвоню. Первый раз за все время зазвучали эти властные нотки. Его голос был жестким и холодным, как сталь. Я обреченно положила мобильный на стол и стала собираться к маме. Приехав домой, застала маму, пьющую пустырник. Она обеспокоенно подбежала ко мне и начала плакать.
– Доча, что случилось? Я три дня дозвониться до тебя не могу! Что за история с замужеством?
– Мам, успокойся, мне и так плохо. Не переживай, я разберусь.
Мы поплакали вместе еще немного и разошлись по комнатам.
Разбудил меня настойчивый звонок в дверь, затем громкий стук. Я испуганно села на кровать и слушала, как мама с кем-то ругается через дверь. Я встала и подошла. Проснулись соседи и начали жаловаться, но Паше было все равно. Он тарабанил в дверь и требовал, чтобы я немедленно вышла к нему. Я крикнула:
– Уходи! Я завтра пойду подавать на развод! Подавись своими гребаными деньгами!
За дверью возникла пауза, и уже другим тоном Паша произнес:
– Солнышко, давай поедем домой и все обсудим. Я не уеду отсюда без тебя. Обещаю, я тебя не трону.
Мама отрицательно качала головой.
– Не вздумай, я тебя никуда не пущу.
– Сейчас выйду! – устало крикнула я, понимая, что он до утра может тарабанить. Он обещал меня не трогать, я все популярно ему объясню и поеду домой. Ему ведь деньги нужны, а мне уже всё равно на них. Мама, держась за сердце, со слезами провожала меня, уговаривая остаться. Но я ушла, намереваясь поставить Пашу на место и решить свою проблему самой. Однако дома он даже не стал меня слушать. Начал бить руками и ногами, так, что на минуту я даже перестала дышать. Корчилась от боли и умоляла его остановиться. Смеясь, он резко раздвинул мне ноги и начал жестко насиловать, как бешеный зверь. Я потеряла сознание. Проснулась утром. Я лежала в кровати, рядом сопел этот зверь. Тело болело, я застонала. Паша открыл глаза.
– Доброе утро, любимая, как спалось? Он положил руку на мою грудь и, нежно поглаживая, опускался ниже.
– Ты больной, – простонала я. – Я сниму побои, тебя накажут.
– Дурочка, максимум – с меня возьмут административный штраф, погрозят пальчиком и все. Ты моя жена, забыла? Да и деньги творят чудеса. Ты сама вчера напросилась. Я же говорил, чтобы ты отчитывалась за каждый свой шаг. Мне нужно знать, где ты и с кем.
– Я сегодня пойду подам на развод и сниму побои. Не буду с тобой жить, хоть убей. Можешь забирать мои деньги.
– Я не хочу развода, – твёрдо заявил он – Ты моя, понятно? Ты красивая и умная, родишь мне сына, будешь вести хозяйство.
– Ты сошел с ума! – в отчаянии я кричала. – Да лучше сдохнуть!
Глаза у него яростно заблестели, и он больно сжал мое горло.
– Ты моя, поняла? Вздумаешь подавать на развод – пеняй на себя. Ты же не хочешь, чтобы с твоей мамочкой что-нибудь случилось? Она у тебя такая хорошая…
Такого поворота событий я не ожидала. От удушья не могла вымолвить ни слова, и даже дышать. Когда он убрал руку, я закашлялась.
– Не смей трогать мою мать! – Еле выдавила я.
Паша рассмеялся:
– Все зависит от тебя. Поверь, меня ничто не остановит. Либо ты моя, либо попрощайся с мамочкой.
Я смотрела в его безумные глаза отчаянно и безнадежно. Что мне делать? Куда я попала со своими связями? Куда завели меня эти деньги? Они приносят одни несчастья!.. Он взял меня за подбородок и сказал:
– Я вижу, ты приняла правильное решение, умница. Теперь сделай мужу приятное.
