Ганнер смеялся. При помощи Силы Джейсен ухватился за край моста. Одно плавное движение — и он станет с Ганнером плечом к плечу, чтобы присоединиться к битве с йуужань-вонгами…
— Джейсен, постой.
Слова были произнесены не громко, но настолько отчетливо, что прозвенели в его ушах, будто говорившая находилась у него под боком. Можно сказать, так и было: при помощи Силы Джейсен почувствовал невидимую руку, схватившую его за плечо. Он кивнул, словно соглашаясь с собой.
— Я должен был догадаться. Должен был сообразить, что ты будешь здесь.
Вержер стояла всего в нескольких метрах на покрытом кораллом возвышении, которое раньше было сенатской платформой кашиикской делегации.
— Идем, Джейсен. Твое пребывание в стране мертвых подошло к концу. Настало время снова пройтись по светлым просторам.
Вместо ответа Джейсен отвернулся к мосту, и тогда Вержер еще сильнее сжала его плечо.
— Ты не можешь спасти его, Джейсен. Все, чего ты добьешься — это умереть вместе с ним. Он выбрал свой путь. И ты не сможешь предложить ему никакой поддержки, кроме уважения к его выбору. Ты стоишь в воротах смерти; перед тобой простирается жизнь. Но если ты сейчас оглянешься — хотя бы на мгновение — ты пропал.
— Чего ты хочешь от меня? Я не оставлю его! Не оставлю!
Джейсен повернулся к Вержер. По его телу пронеслась и затихла где-то в кончиках пальцев волна мелкой дрожи.
— Я не позволю другим по-прежнему отдавать жизнь за меня!
— Он не отдает свою жизнь за тебя. Он дает твою жизнь — тебе. Или дар умирающего останется непринятым?
— Я не могу… Вержер, я так не могу…
— Это — лучшее окончание для истории твоей жизни?
Он применил Силу и рывком вывернулся из ее захвата.
— Я не оставлю его.
Вержер пожала плечами.
— В таком случае тебе пригодится вот это.
Она бросила Джейсену какой-то предмет. Этот предмет лениво перекувыркнулся в воздухе, рассыпая вокруг серебристые блики; Джейсен подхватил его инстинктивно.
Это был световой меч. Его собственный. Непривычный для руки. Странный. Чужой. Джейсен не видел его с того самого момента, как сразил королеву воксина. В тот раз, сжимая в руке этот меч, он был кем-то другим. Мальчиком. Несчастным, потерянным мальчиком, отчаянно желающим надежности и определенности — хотя бы умереть за явное ничто, а не жить, как непонятное нечто.
Вержер произнесла:
— Выбирай, и действуй.
Джейсен взглянул на отблеск сражения у себя над головой. Он жаждал пойти туда, просто умирал от желания быть там, найти в себе истинную свободу, космическую музыку, которая аккомпанирует Ганнеру… но…
Он оглянулся на Вержер.
— Всегда, когда ты говоришь эти слова — это ловушка.
— Этот раз — не исключение, — согласилась она. — Но ловушка в другом. В первый раз ты был всего лишь мальчишкой. Ты и не понимал тогда, что ты так небрежно отбрасываешь. Во второй раз ты заблудился во тьме, и нуждался в кремнии и кресале, чтобы высечь искру. Сейчас же… сейчас, кто ты есть, Джейсен Соло?
В одно мгновение перед его глазами пронеслись все образы, начиная с Сернпидаля и Белкадана, к Дуро и Миркру, заканчивая «объятиями боли», Детской, Храмом джедаев и пещерообразным чудовищем…
Он не был воином, это уж точно. В этом ему не сравниться ни с Джейной, ни с Анакином. Так же как не сравниться в героизме с дядей Люком или отцом; в политических талантах — с матерью, а в военном деле — с адмиралом Акбаром. Или в учености — с Данни Куи… И тогда он вспомнил, что не обязательно знать, кто ты есть. Нужно просто решить это для себя.
— Я… наверно… — медленно сказал он, хмуро разглядывая оружие в своей руке. — Всего лишь… ученик.
— Скорее всего, — кивнула Вержер. — И в то же время ты учитель, ибо два становятся одним. Но чтобы быть всем этим, тебе нужно учиться и нужно учить. Нужно жить.
Она была права. Он знал, что она была права. Он чувствовал это с не меньшей ясностью, чем и все остальное, когда бы то ни было.
Но Ганнер… Взглянув наверх, Джейсен смотрел, как в глубине тоннеля рождается новое солнце — смотрел на желтое пламя, превращающееся в слепящую белизну — пока ему не пришлось прикрыть глаза рукой и отвернуться. Колодец тряхнуло, и Джейсен ощутил, как запаниковал планетный мозг, когда выдвижной мост и платформа обрушились и, после стометрового падения, исчезли в водоеме со слизью, и сам мир при этом, казалось, затрясся и перевернулся, а из тоннеля вырвался смерч из дыма и пыли…
— Что… — задохнулся Джейсен, пытаясь кашлем очистить легкие от пыли, которая пахла свернувшейся от жара кровью и оплавленным дюракритом. — …Что?.. Это Ганнер? Что это было?
— Возможно, это Ганнер. Возможно — орудия йуужань-вонгов. Не имеет значения. Твой выбор не изменился: либо ты остаешься, либо уходишь.
