Предыдущий император, мой отец, был очень строг. Он не позволял мне проводить и минуту времени в пустую: заставлял учиться верховой езде, стрельбе из лука, освоению меча, изучать языки и культуры других народов, а также искусство дискуссии. Я злился на него, видя, как другие дети аристократов в это время находили себе развлечение охотой и прочими делами. На что он всегда говорил мне, что я должен быть выше этого, потому как в будущем займу его место и должен быть готов к этому. И зайдя на трон после его смерти, я понял, насколько он был прав. Благодаря его урокам я смог удержать власть, приструнить особо строптивых, и даже укрепить свои позиции.
На этих мыслях двери распахнулись так, что чуть не сорвались с петель, и в комнату вихрем ворвался Волкер.
— Этого Дениса надо срочно уничтожить. Нельзя дать ему жить дальше. Он слишком опасен, — его вид был озабочен. На лбу испарина пота, будто бы он сюда бежал.
— Волкер, прошу тебя, успокойся. Присядь, выпей вина, — взял я еще один бокал и начал наполнять его.
— Не надо меня успокаивать. Вы не видели того, что видел я. Их потенциал ужасает. Я до сих пор не понял в чем причина, но их источник самый сильный из всех, что я видел. А взгляд…взгляд этого юнца не сулит ничего хорошего, — чуть ли не кричал он; выхватил бокал вина у меня и выпил одним залпом. Какое расточительство такой редкости.
— Самый сильный маг империи испугался взгляда какого–то юнца? — начал с подначки Вэлиас.
— Ты меня вообще слушаешь? Не какого–то юнца, а юнца с огромной силой в будущем. Оба сразу же смогли пользоваться магией и даже сумели что–то сделать. Я такого никогда не видел, — не унимался Волкер.
А вот это уже интересно. Если они сумели провернуть подобное, то с небольшой помощью в обучении они станут хорошим инструментом против врагов империи, а враги империи это и есть враги императора. Главное уметь хорошо пользоваться этим инструментом. Точнее этими.
— Расскажи подробнее, что ты в них увидел? — стало мне очень интересно.
— Их внутреннее строения энергетических потоков отличается от наших. Если у нас один большой очаг в районе груди, от которого все и идет, у них же этого большого очага нет, зато имеются множество маленьких по всему телу, от чего импульсы двигаются быстрее и главное стабильнее, и их магия выходит сильнее. Всем иным в первую неделю вообще ничего не доступно пока их тела привыкают и подстраиваются под потоки силы, а эти…эти, — под конец его голос уже надрывался от натуги.
— Хватит, Олов, — начало мне это надоедать, — ты ведешь себя неподобающе своему статусу. В первую очередь это всего лишь дети. Да, в будущем потенциально сильные маги. Но до этого будущего еще дожить надо. Если они сами не будут понимать, кому служить — мы им подскажем, если же не подействует — от них всегда можно избавиться, — как же это раздражает объяснять очевидные истины.
Архимаг закрыл глаза — он так всегда делает, когда хочет успокоиться, видимо мои слова возымели эффект.
— Видимо у вас уже имеется план на этот счет, — больше утверждая, чем спрашивая, обратился он к нам.
— Вот как раз его мы и обсуждали, пока кое–кто чуть не выломал дверь, — решил я его немного пристыдить за его поведение. На что архимаг всего лишь отмахнулся. В иной ситуации будь это кто–то другой, его голова бы уже лежала на плахе, ожидая отсечения. В некоторых ситуациях хочется оставаться императором, а не другом, — Месяц они будут под твоим личным присмотром. Будешь обучать их основам. Архимаг лично занимается тобой. На не окрепшие умы это должно подействовать льстиво, это должно повысить их лояльность. После предлагаю Максима направить в академию, а Дениса в легион к легату Крассу. Нам как раз необходим наш человек в близком окружении легата. В последнее время Сенты окучиваются вокруг него, и мне это не нравится.
